— Ага, под шашлычок, — поддакивает Бен.

— Я вам дам коньячок! — раздаётся недовольный голос Татьяны. Она сидит в соседнем доме на втором этаже, но окно в комнате открыто нараспашку, а потому ей не составляет труда нас контролировать. — Никакого алкоголя в мою смену!

— Мы просто шутим! — кричит Саша в ответ.

Когда наши взгляды пересекаются, он игриво подмигивает мне, ставя под сомнение своё предыдущее утверждение.

Я касаюсь бедра, нащупывая карман и Нити Времени в нём через ткань штанов. Спрятала их после экстренного собрания, где мы уже официально объявили ребятам и кураторам о нашем плане. Не помню, сколько из них было за, а сколько против. Все голоса в одну секунду потонули в общем гуле, сбежать от которого мне удалось, лишь ретировавшись из комнаты.

— Ты бы отдала их Эдзе, — говорит Ваня.

Он примащивается рядом и вторит моей позе: локти кладёт на перекладину веранды, а спину на неё облокачивает.

— Он сказал, пока они ему не нужны, — произношу я, опуская взгляд на топорщащийся карман.

— Как думаешь, стоит ему доверять? Странный он какой-то…

— Заметил, как он отгоняет от себя что-то невидимое?

— Вот и я о том же, — поддакивает Ваня. — Невидимое. Ведь Эдзе не только видит призраков, но и может использовать их энергию. И это его движение, — Ваня машет рукой перед лицом, изображая движения мага, — вдвойне меня смущает, когда я об этом вспоминаю.

Все голоса вмиг стихают, стоит только среди них тонкими мелодиями вспыхнуть музыке укулеле. Раньше никогда не слышала ничего подобного. Пытаюсь провести параллель с балалайкой или гитарой, но ни тот инструмент, ни другой никогда не вызывали у меня мурашки. Мелодия кажется отдалённо знакомой, но каждый раз, когда я почти понимаю, где могла раньше её слышать, заветное воспоминание ускользает.

Бен подтягивает ноги к груди и с глухим стоном прячет лицо в сложенных на коленях руках. Нина, сидящая на ступеньку выше рядом с Лисой, покачивает головой в такт мелодии. Марк, разместившийся на треножной табуретке, которую ему из дома вынес Лукас, сначала поднимает взгляд на Лию, стоящую по его левое плечо с хмурым лицом и скрещенными на груди руками, а затем в лёгком движении роняет голову ей на бедро, прислоняясь. Лиза перекидывает руку через Рэмову голову. Они расположились ближе всего к костру. Его огни пляшут в их глазах цветными бликами. Рэм наклоняется и целует Лизу в лоб, и на это короткое мгновение лицо девушки меняется до неузнаваемости.

Я не вижу непробиваемую стену; я вижу душу, влюблённую без оглядки.

В стороне от всех стоят пираты. Филира выписывает руками в воздухе своеобразные, под стать мелодии, движения, едва ли напоминающие танец в привычном для меня смысле. Гло сидит у неё в ногах, прикрыв глаза и откинувшись на камень. Север смотрит куда-то вдаль, показательно всех игнорируя. Он до последнего не хотел присоединяться к нам в этом импровизированном уличном вечере. Если бы не Кирилл, умудрившийся уверить его в пользе прогулок перед сном, он бы точно не сдался.