Я не ждала, что она ответит мне, но прошло всего несколько минут, прежде чем раздался знакомый гудок. "Нет, это ты меня прости. Я была назойливой, а ты знаешь, что я никогда не бываю назойливой".

Я усмехнулась. У Кэт был талант. Она могла заставить меня смеяться, независимо от обстоятельств. "Друзья?"

"Лучшие."

Почувствовав, будто с моих плеч свалился груз, я убрала оружие и спустилась на завтрак. Бабушка уже накрыла на стол, а дедушка занял свой стул. Он сидел, ссутулившись, в помятой одежде. Он так и не удосужился причесаться, только оставшиеся пряди безвольно свисали по бокам. Круги под глазами стали темнее. Его ладони лежали на столе, и он смотрел на них, о чем-то задумавшись. Может быть, он подхватил какой-то вирус пока был в больнице?

— Дедуля, — мягко сказала я.

Он вздрогнул, как будто я дала ему пощечину, его красные глаза посмотрели на меня.

— Да? — Его голос был хриплым, чего раньше точно не было.

— Ты хорошо себя чувствуешь? Тебе подать что-нибудь?

— Я в порядке, — пробормотал он.

Бабушка принесла большую сковороду с яичницей, от которой поднимался пар; запах ветчины и сыра плыл в воздухе. Я заняла свое место слева от дедушки. После того, как бабуля положила каждому из нас по порции и заняла свое место, мы ели в тишине. По крайней мере, мы с ней. Дедуля, что-то ворча себе под нос, водил вилкой по тарелке.

— Тебе нужно поесть, — сказала ему бабушка.

Он перестал ворчать и уставился на нее. Действительно уставился, будто завис на ней.

— Что? — спросила она, ерзая на стуле. — У меня что-то на лице?

Он не сказал ни слова.

Она посмотрела на меня, молча задавая мне тот же вопрос. Я покачала головой в знак отрицания, затем вернула свое внимание к дедушке. Его пальцы впились в стол, костяшки пальцев побелели, будто он пытался сдержиать себя.

От… нападения?

Его губы растянулись в оскале. Он издал низкий рык. Каждый мускул в его теле напрягся.

Дедушка резко встал, и я сделала то же самое. Он бросился к бабушке, а я попыталась его перехватить. И поймала его как раз вовремя. Мы упали на пол, сильно ударившись. Бабуля закричала.

— Еда, — прорычал дедушка, выгибаясь, пытаясь высвободиться из моей хватки, чтобы добраться до своей жены.

"Еда?" Только зомби хотели… О, нет. Нет, нет, нет. Он был жив. Он не мог быть… не мог…