Проснулся он уже спустя час, когда вернулись Джеймс, Ольгерд и Дэрек.

— Всё чисто. Ни следа, ни намёка на вражеских персон не обнаружили, — доложил голубоглазый.

— Эй, Эди, подъем! Ты чего спать удумал? — тряся Леонеля, голосил Дэрек. — Никогда нельзя спать на разведке!

— Вы чего вдруг языки свои развязали? — ещё не отойдя спросонок, удивился Адияль. Он уже отвык слышать нормальную человеческую речь. Всё, что он мог уловить своими ушами последние часы, — щебетание птиц, шорох грызунов и прочих животных.

— Расслабься пока что, парень. Здесь мы немного передохнем. Твои товарищи обошли эту чащу в радиусе, в котором наши разговоры могут быть услышаны. Так что здесь мы в безопасности и можем некоторое время отдохнуть, — ответил капитан, положив сумку с голубями на небольшой пенёк.

— Да. Только не всё так гладко. Мы нашли следы медведей, которые, видимо, уже обитают в этой глуби, — вставил Джеймс, прервав облегченные нотки.

— У этого есть арбалет, — сказал Роуланд Доббер, указав на Ринферна.

— Убить медведя арбалетом… Это же бред собачий! — буркнул Джеймс.

— Успокойся! Пока и намёка на медведя нет. И да, арбалет — лучшее, что у нас есть. При необходимости кто-то будет ценою своей шкуры тянуть время. Всем ясно? Или ещё кто-то не понял, на каком мы задании? — грубо, но размеренно проговаривал капитан.

— Давайте все будем сохранять спокойствие! Джеймс, перестань уже! — вставил Ольгерд.

— Кто будет нам еду ловить? — поинтересовался Адияль, попытавшись сгладить углы.

— Ты, наш упитанный товарищ, ну и ты, сын Вэйрада, раз уж поинтересовался, — сухо ответил капитан.

— Но я не умею охотиться… — пролепетал Леонель.

— Значит, еще и Ольгерд пойдёт с вами.

Так как двигаться вперёд было опасно и в связи с угрозой встречи с громадным хищником, и по причине слабой изученности территории, горе-охотники направились назад.

Поначалу процесс шёл туго. Никакой живности не встречалось. Однако уже спустя час они нашли целое семейство кабанчиков, поедавших орешки на прогалине.

Ловким выстрелом из арбалета, Ринферн повалил одного из них. Было принято решение, что им пока будет достаточно одного крупного кабана, поэтому остальных они оставили в покое. Чтобы не мучить бедолагу, Ринферн ловким движением зарезал зверя.

— Знаете, в моей семье папа был охотником, пока не погиб от лап волка. И он меня всегда учил, что любое животное имеет право на посмертное отмаливание… ведь каждое живое существо в этом мире рождено было Всебожеством. Значит, и умирать должно соответствующе, — вдруг заговорил Ринферн.

— Да. Это правильно, — согласился Ольгерд и вместе с товарищем прочитал молитву. — А поведай нам свою историю. Последнее время у нас традиция появилась рассказывать про своё прошлое… — ухмыльнувшись, сказал Ольгерд.