Вскоре они нашли первый аргумент против генерала Ригера Стоуна.

— Солдатики батальона лопаты взяли, — неожиданно произнёс Отсенберд во время завтрака, — землянки рыть будут.

— Давно пора. В этих краях скоро морозно станет. Уж середина осени проходит. В палатках мёрзнуть… — сказал Дориан в необычной для себя манере.

— Отсенберд, как по отчётностям? — спросил Вэйрад.

— Всё довольно-таки чётко… на первый взгляд претензий быть не может. Все солдаты числятся в базе. Реальное число с базой совпадает. Нарушений никаких я не обнаружил и в характеристиках. Но! — сказал Фирдес, подняв указательный палец. — Есть одна деталь, которая меня заинтересовала. Когда я проходил мимо оружейной, я заметил: на большинстве оружий и доспехов какая-то эмблема с чёрным драконом. Сначала я подумал, что это просто эмблема компании, которая поставляет им снаряжение. Но через какое-то время, когда я уже шёл обратно, я наконец понял! Чёрного дракона этого я видел! Игъварские мечи и копья, щиты и доспехи — всё с точно такой же эмблемой. Я навёл справки, и оказалось, что эта компания находится в одном из южных княжеств, которые поставляют оружия чуть ли не на половину континента. Но у нас они под запретом.

— Забавно. Такая мелочь. Обидно, стало быть, — произнёс Леонель. — Что ж, вкупе с тем, что мы уже имели, это станет приятным добивающим фактором.

— О, здравствуйте, дорогие господа! Чем на этот раз вам помочь? — съязвил генерал Стоун.

— Мы высоко ценим вашу заботу и помощь, оказанную нам, — начал Вэйрад, — но увы! стоит признать, что вы нарушили некоторые правила, изложенные в кодексах армии Невервилля.

Лицо Стоуна переменилось. Даже слегка озлобилось.

— Интересно… Так принято у вас благодарить за уют и поддержку? — ответил Ригер. — Ну, давайте. Что я нарушил?

— Во-первых, по уставу 321 никто не имеет право изымать в качестве провизионного оброка пищу у семей с тяжёлым положением. Среди таких положений: болезнь кого-то из членов семьи, смерть кого-то из членов семьи (действует в течение двух месяцев), уход кого-то из членов семьи (действует в течение одного месяца), бедственное положение (вы должны позаботиться о выживании семьи, у коей вы изъяли провизионный оброк). Ваши солдаты, как ни прискорбно это говорить, нарушили ряд вышеизложенных пунктов.

— Ну и что же мне будет? — спросил, смирившись с поражением, Стоун.

— Мы, как государственные ставленники в данном вопросе, имеем возможность вынести приговор вам. Но также у нас есть право отблагодарить вас: по правонарушениям военного устава 321 вы обязаны вернуть в полном размере изъятое и оплатить за свой же счёт издержки в размере, который назовёт пострадавший.