— Я не специально.

— Брун, ты должна открыть путь.

— Куда?

— В мир демонов. Демоны уйдут домой… и тогда Яр, ты поставишь щиты.

— А ты?

— А я руководить буду! Мудро! — рявкнула Мудрослава. И подумала, что с Думой это всегда срабатывало. И сейчас не подвело.

Сила… сила откликнулась, стоило потянуться к ней. И привычно заструилась через руки… ладони.

И тихо выдохнула Летиция…

…их было много, тех, кто чуял её присутствие, молил, просил, требовал. Плакал. Скулил. Тянулся и почти дотягивался, потому как граница мира стерлась.

Почти.

И души обретали плоть.

Они… потянулись к Летиции.

Мужчины в белоснежных одеяниях. На головах некоторых возлежали золотые венки, и это тоже что-то значило.

— Уходите, — сказала Летиция, принимая силу. И дар раскрылся. На самом деле все просто. Она… ей достаточно пожелать. И она пожелала.

Покоя.

Всем им.

И тем, кто виновен, и тем, кто нет. И тем, кто был частью древнего мира и древнего же зла. Пусть уходят. Пусть возвращаются. Они не обрадовались, но воля Летиции была сильнее их гнева.

Дольше всех держался мужчина в коротком наряде, измаранном кровью. Он держал клинок в руке и улыбался. Почему-то показалось, что виновато.

Показалось.