— Знаешь, что?

Похоже мой растерянный, встревоженный вид пугает даже Лиама. Поскольку он снова поддаётся вперёд и смотрит на меня немигающим взглядом.

— Его действительно пробудила я. Точнее моя кровь.

— Твоя…кровь? — Он со скепсисом вздёргивает бровь. Так, словно я сказала то, чего быть не может.

— Моя…

Не знаю, сколько времени мы просидели молча, после того как я произнесла очевидный факт. Однако за это время я успела в очередной раз прочувствовать всю гамму негативных эмоций: от злости, разочарования, неосторожности, вплоть до разъедающей душу вины и совести. В то время как Сай не переставал хмуриться, то и дело стуча пальцами по металлической ручке. Словно что-то не давало ему покоя. При этом в его глазах проскальзывало периодическое неверие…

— Как? — Доносится до меня его голос, сквозь пелену мыслей, и я наконец поднимаю взгляд, тяжело вздохнув.

Как… Как…

Растяпа я ещё та, как!

— Когда осматривалась, случайно поскользнулась и упала, порезав запястье. Правда заметила это лишь, когда увидела кровавые разводы на крышке гроба. Причем кровь вела себя довольно странно, — говорю я, вспоминая ужасы той роковой ночи. — Словно ожила. Согласна, звучит бредово, — предположив его мысли, тут же произношу, — но она и правда вела себя странно. Словно ожившие капли дождя, стекающие змейками в низ. Только в данном случае вверх, где они соединились в камне.

Всё то время, что я говорила, лицо Сая впервые выражало больше двух эмоций. И, если по началу я боялась увидеть ненависть и злость. То, когда он просто кивнул мне, словно приняв к сведению, я поняла: он не сердится. Даже привычный отстранённый взгляд выражал больше смятения, нежели ненависти и укора.

Создавалось странное чувство, словно он что-то не договаривал мне.  Однако, когда я снова попыталась развить данную тему, он сухо изрёк: «Разберёмся», и больше мы не разговаривали.

6.2.

6.2.

Когда мы останавливаемся возле дверей, выполненных их светлого дерева, я невольно задерживаю дыхание. Из окна льётся солнечный свет, от чего по стене скользят блики, и эта мелочь слегка успокаивает меня.

Всё то время, что мы поднимались по лестнице, я непроизвольно считала ступени. Правда в какой-то момент устала и бросила это глупое занятие, чувствуя, как сжимаются лёгкие. Всё же отсутствие лифта накладывает свои отпечатки. Зато теперь я все больше понимаю, почему здесь все в такой прекрасной физической форме. А, если представить сколько здесь замков, дворцов и академий, то не счесть, сколько раз всем приходиться подниматься. И точно так же спускаться. Вот так действительно подготовка!