Он целует её в лоб.

— Наверное, нам дали еще шанс побыть вместе в этой жизни, Гретель. Я бесконечно за это благодарен, — он устремил свой твердый взгляд на неё. — Мне посчастливилось любить тебя и быть любимым тобой.

— Где бы я ни была, всегда буду стремиться отыскать тебя, Уолтер, мое сердце не успокоится, пока не найдет твое. Пусть это будет нашим напоминанием друг о друге, — она взяла в ладонь медальон. — Наша неистовая любовь узнает друг друга. Она улыбнулась сквозь боль и потянулась, чтобы поцеловать его. Их пальцы сплелись.

Вдалеке послышался топот копыт. Несколько всадников приближались к ним, не зная, что они с собой несут: спасение или их погибель. Но им будто было безразлично, и они вовсе не думали об этом. Сейчас лишь было место для их связи, перехлёстывающихся взглядов, до изнеможения влюбленных рук, что не разнимались ни на секунду. Двое раненых, до глубины, своей судьбой, но не жалевших ни об одном прожитом дне вместе.

Эпилог

Эпилог

На протяжении своей жизни, Гретель Бартлетт-Верралл прошла множество испытаний судьбы. Которые настигали её с младенчества. Многое приходило в её память уже после кончины Сесилии. Оковы печати пали и ей многое пришлось переосмыслить.

Она, наконец вспомнила, как бабушка покидала их. Как Агнет изредка обмолвилась перед ней о Диане, но в силу возраста, девочка не понимала. А после и вовсе её стерли из памяти, пусть то было лишь имя. У неё отняли даже его.

То, как отец часто говорил, что Гретта — дитя, посланное им свыше, и то, как мать шикнула на него, качая строго головой. Ведь тогда уже знала, что же за особенный она ребенок.

Берт никогда не считал её более особенной, чем другая любая девчушка с соседней улицы. Но Агнет всегда знала, смотря на неё — она дитя греха. Которое скрывает в будущем большую беду для всех. Но все же любила её по-своему. Тайно и отчужденно.

Ей пытались навязать, что она и есть это дитя. Будто грязное белье, что стоит отбелить. Или же вовсе избавиться от него. Все боялись, что, когда-нибудь эти ведьмы, носящие в себе огненную силу, прольют её в неизмеримой мере. Поставив всех под угрозу.

Но им было так легче думать, нежели разобраться. Они искореняли подобных ведьм сотнями лет, ставя на них клеймо позора, грязи и ничтожества. Выставляли их самыми страшными существами. Но даже не догадывались, что в один момент это может измениться.

Так выпала карта судьбы, что Гретель и была той самой ведьмой, что смогла дать отпор. Ей удалось, то — чего прежде удавалось единицам. Некоторым удалось лишь сбежать от преследующего их совета. Но Гретта — та, кто впустила в свое сердце охотника. Он не дал нитям сковать её силу. Благодаря чему, та излилась из неё, защищая свою носительницу.