Мой взгляд метнулся к Рине. И вмиг стал изумлённым, когда ничуть не взволнованная дриада вдруг весело подмигнула и едва заметно мотнула головой, мол иди.

Да, я уже и сама догадалась, что прямо сейчас на наших глазах разворачивались события под кратким, но ёмким названием «Аед». Но от происходящего всё равно было страшновато и… стыдно! Что он тут устроил на глазах у всех? Как мне после этого по городу ходить, честным нелюдям в глаза смотреть? Как?

– Что, стыдно стало? – встретил моё бездействие продолжавший бушевать Аед. – Вставай, кому говорят?

И меня сцапали ладонью за плечо, чтобы резко и небрежно внешне, но крайне осторожно на деле вытащить из-за стола.

Пользуясь тем, что лже-Ренар сейчас старательно изображал злость и обиду за спиной Аеда, а сам парень был выше меня и, следовательно, полностью загораживал от взгляда метаморфа, молодой король одним встревоженным взглядом спросил: «Всё хорошо?». Я ответила коротким утвердительным кивком и приготовилась… ко всему. С Аедом крайне сложно предсказывать, что он выкинет в следующий момент.

– В храм! – выкинутой оказалась громкая фраза, а следом за ней заготовка портала, что распахнул, словно птица крылья, свои тёмно-алые грани, гостеприимно приглашая нас шагнуть в неизвестность.

– После вас, – холодно, уже действительно чем-то отдалённо напоминающим Ренара, велела его копия.

Угадайте, кого в грани толкнули первой? Следом шагнул Аед, и только за ним, выражая настороженность, лже-Ренар.

Он просто не знал, с кем связался. Я знала, поэтому моя настороженность была вполне обоснованной.

И оправдалась, едва всполохи тёмно-красной, какой-то жуткой и агрессивной магии истаяли, а мы втроём оказались… в сером каменном коридоре королевской тюрьмы!

– Так, здесь где-то храмовник был, – деловито начал Аед, толкая в спину оцепеневшую меня, и бросил через плечо, не глядя: – Рен, погляди по комнатам, он точно где-то тут был.

Я, шагая вперёд, потому что выбора мне не оставили, попыталась обернуться и взглянуть на метаморфа в облике лорда Армейда, но меня сначала не пустили, а потом припечатали грозно-ликующим:

– Куда?! Сбежать надумала? Поздно, дорогая! Знаешь, посиди-ка ты тут, пока мы храмовника ищем.

С этими словами меня возмущающе легко утянули в сторону, Аед толкнул ближайшую дверь и впихнул в тюремную камеру, после чего дверь взял и с чувством выполненного долга и закрыл! Лязг вставляемого в паз засова оглушил.

– Аед, – у меня слов не было, – Аед, ты что делаешь?

– Спасаю мужика, – раздалось нахальное и удаляющееся из-за двери.

А здесь, в изолированной комнате, перед моим лицом вспыхнули золотистые искорки, сложившиеся в слова: «Зови на помощь».