– Минуты полторы, – прозвучал безразличный голос Альвхейды, – и твой архимаг будет здесь.

После чего ушла порталом и она.

Сковавшие Аеда магические путы наконец порвались от очередного рывка мага, через миг он уже был на коленях возле тихо плачущей меня.

– Сейчас-сейчас, – приговаривал нервно, оглядывая меня быстрым цепким взглядом и заметно бледнея всё сильнее, – потерпи, девочка моя, сейчас распутаю, сейчас…

И он коснулся одного из магических потоков.

Я взвыла от боли!

– Вот Тьма! – в сердцах выругался король Ингареда, впервые на моей памяти бывший таким испуганным, растерянным и не знающим, что делать. – Лия, Ли… у заклинания защита от снятия, я даже не успел определить, что это, Ли…

Мне было больно, просто очень-очень больно. Заклинание кромсало живот и спину, горячими судорогами разносясь по всему телу, и слёзы жгли глаза, горло сжималось от рыданий, дышать было тяжело, я… Кажется, я умирала…

Яростный рёв портала я услышала краем сознания, как и судорожный выдох Аеда.

А затем лицо обняли до боли родные ладони и губы накрыло поцелуем.

«Дыши!» – мысленный приказ.

И влитая с воздухом магия тёплой успокаивающей волной прошлась от головы до ног.

Мой судорожный выдох, хриплый вдох Ренара и новый поцелуй с новой порцией магии.

Боли стало меньше. Мне уже не хотелось кричать и выгибаться, катаясь по полу.

Поцелуй.

Вдох.

Магия.

Раз, раз, ещё раз – до тех пор, пока во мне не осталось даже отголосков неприятного ощущения. Ренар остановился только тогда, чуть отодвинулся, внимательно вглядываясь в моё лицо и собираясь противостоять любой напасти, если разглядит хоть намёк на её присутствие.

Я смотрела на него сквозь мокрые ресницы, жадно вглядывалась в каждую черту лица, в каждую деталь, и с трудом сдерживала рыдания.

– Лия, – хриплое, а в голосе облегчения пополам с яростью.