Я на секунду засомневалась. Хорошо бы было, конечно, играть на своей территории, но откуда ей взятся-то? Не приглашать же Хранителя в собственную комнату... хотя моя комната тот еще проходной двор, все равно не подошла бы. В принципе, я ведь могла телепортироваться откуда угодно. Сбежим если что. Так что отказываться от приглашения я не стала. Кивнула Эби и мы взялись за любезно протянутые руки Ярэна .

Переместились мы в небольшую скромно обставленную комнату. На стенах висели плакаты со сложными руническими схемами, в углу стояли алхимические агрегаты. Можно было предположить, что Хранителя поселили в переделанную лабораторию. Комнату даже можно было назвать уютной, если бы не изобилие синего света. Синий ковер, синий диван, синий плед на постели с вручную вышитыми звездами и луной, синяя скатерть на круглом столике, синие занавески на окне... Аж глаза режет.

– Вам так нравится синий? – хмыкнула я, сдерживая порыв сесть на такой удобный, но чужой стол.

– Терпеть не могу. Вот Рада и предложила мне обустроиться в этой комнате... Увы, тут все зачаровано, и никак мне от этой синевы не избавиться. Но вы присаживайтесь, присаживайтесь – Ярэн выдвинул магией перед нами стулья с удобными спинками. – Я сейчас чай поставлю. У меня и пирожные с Пиниона есть  –   вишневые. Специально для Рады их и захватил, думал ее в гости напоследок позвать.

Разговаривая, Ярэн беззвучно колдовал. На столе из ниоткуда появился пузатый синий заварник, три чашки и блюдо с дюжиной шоколадных пирожных, украшенных крупными вишенками. Я к такого рода вкусностям была равнодушна, а вот Эби сразу оживилась. Ну да она же у нас та еще сладкоежка. К тому же мое тело медленно набирало вес от переизбытка калорий… интересно, она еще и поэтому меняться не хочет?

– Угощение-то, небось, сывороткой правды какой пропитано, – не сдержала я подколки.

Ярэн мягко рассмеялся.

– Подвох тут в другом и только для вашего ректора. Видите ли, вишню она терпеть не может еще больше, чем я синий цвет,  –   сам мужчина взял себе пирожное и с аппетитом откусил сразу половинку, чуть вымазав усы в креме. – Не буду, скрывать, когда-то я баловался шиарой или правда-зельем, чтобы развязать определенным людям язык, но такие хитрости мне давно уже наскучили. Да и не они слишком ненадежны. Например не действуют на хороших менталистов.

Менталистом, кстати, Хранитель не был от слово совсем. Его магия виделась мне слишком грубой для этого... но одновременно с тем она казалась какой-то уютной, словно пушистый плед. Вот уж странное восприятие. Может он немного эмпат? Хотя… эмпат, не эмпат – артефакт подсказывал, что Корн не лгал. Пусть так, но пить да есть я все-таки не рискнула. Зато рискнула Эби, и я понадеялась что с ней все будет в порядке.