— Разумно, — буркнула Руана и уточнила: — Ты точно не желаешь видеть меня императрицей?

— Этому не бывать, — досадливо отмахнулся верховник и вдруг просто непревзойдённо уел молодую нахалку: — Поэтому я рад, что ты совратила Яр-Турана. Причём, именно старшего.

— Я? — обалдела Руана. — Совратила?

— Конечно ты, — мягко съязвил старый негодяй. — Яран никогда бы не осмелился тебя коснуться. Даже имея над тобой полную власть. Так что бессмысленно изображать из себя соблазнённую жертву.

В принципе, он даже не передёрнул. Так оно всё и было. С одной поправкой: Радо-Яр хотел её. Иначе такого эгоцентричного циника не соблазнить даже канканом в кружевных труселях.

— Тебе Викрат наябедничал? — неожиданно для себя смутившись, проворчала Руана.

— Яр-Нат.

— Папаша Туран?

— И не наябедничал, а хотел поговорить о… Впрочем, — резко осадил себя верховник, — тебя это не касается.

— Знаешь, — задумчиво пробормотала Руана, — Мне бы очень хотелось тебе верить.

— Как ты думаешь, — сухо прокаркал старик, — почему Викрат не помешал твоим… твоей связи с назлом?

— Он хороший друг, — невольно улыбнулась Руана, заложив руки за голову и пялясь в потолок, по которому уже елозили первые солнечные лучи.

— Не обольщайся, — посоветовал верховник. — Прежде всего, он мой сын.

— Нарочно не мешал? — догадалась она, хотя это уже не имело никакого значения.

— И даже готов был перезнакомить тебя с самыми красивыми таарами…

Руана прыснула. Тотчас зажала рот ладонями и прогундосила:

— Прости. Расслабилась. Потеряла контроль.

— Спать хочешь, — понятливо кивнул старик. — Сейчас я уйду. Но прежде хочу знать: чьё имя назвал тебе этот идиот Таа-Жайбер.

— Ты и это знаешь, — вздохнула Руана. — Так, может, и ответ тебе известен?

— Мне да.