— Катиалора сердится?

— Эта вертихвостка, — неодобрительно покачала головой вредная старуха, — ещё с утра унеслась по гостям. У неё дочь невеста, а она тоже таскается по вертепам будто молодая.

Руана хмыкнула и тут же опомнилась:

— Так, что с Ати?

— Гуляет, — с неописуемым сарказмом поведала кормилица.

— Где гуляет? — опешила Руана, смутно надеясь, что её всего лишь дразнят.

— А я почём знаю? К ней заявилась эта ваша свиристелка Нала-Яри. И паршивки куда-то унеслись.

У неё слегка отлегло. Раз Ати с волчицей, к ней никто не станет вязаться. Никто из тааров — яраны и без того не позволят себе лишнего. Только бы малышка не попалась на глаза императору.

Последняя мысль заставила мобилизоваться. Желание чуток поваляться в безделье и неге моментально улетучилось. Руана подорвалась с постели и бросилась мыться. После чего уже внаглую залезла в штаны с колетом — а пусть знают!

— Сядь, хоть волосню приберу, — неожиданным образом согласилась на этакое непотребство Урпаха. — Хватит бегать лахудрой.

Здесь кормилица так же проявила невиданный прежде либерализм. Не стала вертеть на затылке привычный тяжёлый пук, который Руану просто вымораживал. Лишь забрала волосы с висков и закрепила сзади. А всё остальное оставила болтаться вольно. Чесала спутанные пряди и бухтела:

— Хоть бы уж скорей тебя замуж взяли. А то ж вовсе разбалуешься.

— И пойду по рукам? — машинально сморозила глупость Руана.

За что немедля поймала оплеуху:

— Поговори мне ещё! Совсем обнаглела!

— Прости, мамушка, — потирая черепушку, искренне покаялась Руана.

— То-то же!

Вскоре она уже неслась по плацу, выискивая глазами знакомые фигурки. Жаль, забыла спросить, во что одета сестрёнка. Это усложняло поиски. Тем более, что спрашивать о ней у нескольких подвернувшихся по пути тааров не хотелось. Паче того у придворных дамочек. При виде тарии в штанах у бабёнок перекашивало мордени — аж искры из глаз. Их ответы были прогнозируемы и в информативном плане бесполезны.

Руана не сразу сообразила, что Нала-Яри вряд ли устроит новой приятельнице экскурсию по замку. Скорей всего потащит бедного ребёнка куда-нибудь в свои любимые места обитания. А путь к большинству таких лежал через загоны для быков.

— Эт, Нала-Яри, что ль? — степенно переспросил пожилой скотник, первым попавшись на пути запыхавшейся, как собака, таарии.