Королева встала, вскинула подбородок и объявила.

— Так, хватит хоронить Каю. Она не мертва. Пойдем и вытащим ее.

— Вытащим-то мы ее вытащим, — вздохнул я тяжело. — Но магия…

— У нас есть цепь, — оборвала меня Ласла, обойдя кровать и устроившись по другую сторону от сипухи. — Будешь вместе с ней ходить, Ганс. Хотя мне бы, на самом деле, очень хотелось, чтобы ты остался здесь и не совался больше на водный план. И так дважды чуть в кошмар не упал.

— Третьего не будет, — покачал я головой. — Точнее — четвертого. И я хочу пойти с тобой. Это отчасти моя вина, что она — утонула. Хочу хоть что-то сделать для того, чтобы ее вернуть.

— Хорошо, как я и предполагала, — вздохнула с натянутой улыбкой Ласла, а потом скомандовала. — Ложись и выходим. Пойдем в башню роз, в пограничную башню перед грезой. Может, если мы побыстрее достанем Каю, и последствия будут мягче.

— Может, — я тоже забрался на кровать и осторожно взял сипуху за руку.

А ведь так хотели вернуться поскорее и…

Я закрыл глаза и прочел заклинание. Прочел и оказался в знакомом зале, повернулся к маленькой двери. Если в прошлый раз мне страшно не хотелось за нее заходить, то сейчас… сейчас я надеялся полюбоваться на освободившуюся королеву.

Ласлу я застал за вытаскиванием из своей груди последнего меча. То оружие, которым она обрубила держащие меня нити стояло у стены, и с него на пол капала уже ставшая мне привычной нефть. Королева была, пожалуй, ужасна. На руках болтались кандалы с оборванными цепями, тело прикрывали лишь окровавленные — и откуда только в этом сухом теле столько крови? — полуистлевшие тряпки. Но тем не менее она была наконец-то свободна. Хотя все равно — громадина. А нам ведь еще как-то через маленькую даже для меня дверь придется пролезть.

— Тощая ты, кормить тебя надо, — неудачно пошутил я.

Моя сестрица повернула голову на звук, а потом вдруг схватилась за иглы своей маски и принялась старательно отдирать ее от лица. Именно отдирать а не снимать, видно крепко она приросла. Я, поморщившись, отвернулся, боясь, что когда она закончит, я увижу лишь скалящийся череп. Но когда я повернулся, то увидел просто еще одну маску. Маску, от вида которой я не смог не улыбнуться.

Это было лицо. Абстрактное, женское лицо с закрытыми глазами, пышными губами и нарисованными вразлет ресничками. Под левым глазом на щеке имелась крупная капелька-слезинка. Свою прошлую маску Ласла отбросила в угол с невообразимой брезгливостью.

— Так-то лучше, — сказала она необычно тихо для такого огромного существа. — Что скажешь?

— Тебе бы еще платьице, и было бы совсем отлично, — сказал я.