Чуть поразмыслив, я толкнул дверь комнаты Ласлы, въехал и застал картину, достойную пера какого-нибудь именитого художника.

Моя любимая сестра возлежала на постели, уткнувшись лицом в подушку. На ней было совершенно непривычное для меня платье из легкой, пышной, полупрозрачной ткани, наслоенной так, что ничего сквозь нее не просвечивало. И это платье было красиво спущено до талии. Темные, волнистые волосы рассыпались по голой спине. Один гольф, снятый со стройной ноги, висел на спинке стула, второй валялся на полу рядышком. Окно было настежь открыто, и ветерок нежно гладил занавески.

— Огого, — поднял я брови, чуть испугавшись. — Ласла, эм… все в порядке?

— Нет, — устало сказала сестра, а потом все же повернула ко мне голову. Вид у нее был расстроенный и растрепанный, прядь спутанный волос прилипла к губам. — Закрой дверь, Влад, и если будут стучать — спаси меня ото всех этих людей. Скажи, что королева не в духе и боится кого-нибудь покусать, потому с королевскими делами к ней лучше пристать чуть позже. А пока что его величество Ласла сон Розалинда — всего лишь расстроенная, обиженная на жизнь женщина, которой…

Она осеклась, потеребив свое платье.

— И да, отвернись, — добавила королева. — Хоть платье поправлю…

Я тяжело вздохнул, отвернулся и закрыл ногой дверь. Ласла за спиной зашуршала юбкой, вставая с постели.

— Знаешь, мне тут по-глупому вспомнилось, что когда я впервые тебя увидел, ты была совершенно голой, — хмыкнул я. — Если, конечно, не считать пену… которой, кстати, было мало.

— Ну, тогда я тебя за человека не считала, — ответила Ласла все тем же грустным, слегка ироничным голосом. — Да и Эллиота тоже. Ох, мрак… Влад, я тебя ненавижу!

Последнее она сказала с чувством, но без злости.

— Чем же я заслужил такую немилость, о великая? — подыграл ей я.

— Тем, что ввел его величество королеву Вадгарда во искушение, — тяжело вздохнула Ласла, у меня за спиной скрипнул стул. — Можешь обернуться, я уже закончила.

Глянув на сестру, я невольно улыбнулся. Мда, королева, не королева, а выглядела моя названная родственница действтельно как простая, очень расстроенная женщина. Эдакая опытная, умудренная временем женщина, которой в очередной раз не повезло с мужиком. Под моим заинтересованным взглядом она сидела и катала по столу пальцем красную, возможно драгоценную бусинку.

— Что у вас тут случилось? — спросил я осторожно.

— Ну, мы сначала мило поговорили, — начала Ласла, и в каждом ее слове сквозил сарказм. — Потом мы так же мило развлеклись. А потом мы весьма не мило поругались, и Элли в сердцах выкинул в окно мою маску. Кстати, попал по голове кому-то, судя по крику. Сказал, что запрет меня в комнате до тех пор, пока я не придумаю способ снять с себя проклятье, а в это время ты прекрасно справишься с моими обязанностями. Потом этот… гаденыш испугался собственной дерзости и позорно дал деру. И виноват во всем этом ты, Влад.