– Боюсь, отец не одобрил бы наш план. Он довольно консервативен во всем, что касается демонов. И скорее всего, принял бы решение уничтожить тот артефакт.

Ага. Если б это было так просто. И как знать, чем эта попытка аукнется.

– Я беспокоюсь не за них. За тебя. Ты… согласна?

Согласна. Куда я денусь. Только вот из одеяла выползу и сразу пойду древние обряды совершать. Ну, может, слегка оденусь еще.

Но я ответила просто:

– Да.

Древний лес, значит?

Древний лес качал ветвями на заднем моем дворе. Я дважды моргнула, надеясь, что мне привиделось и если постараться, то все развидится. Но нет. Лес не исчез, в отличие от соседского забора, на месте которого вольготно расположился кустарник с мелкими серебристыми листочками.

Это ж тьмогонник!

Да за него в любой лавке три шкуры сдерут, потому что лучшего средства против нечисти нет. А уж если с кое-какими травками смешать…

– Погоди, – Эль схватил меня за руку. – Не сейчас. Здесь легко заблудиться.

Охотно верю.

Серебряные столбы поднимались в небо, вернее, они это небо держали на растопыренных ветвях. И солнце, проникая сквозь кружево это, ложилось на траву удивительными узорами.

– Вот ты какой, сиротка, – я коснулась ближайшего дерева, прислушиваясь к тому, как медленно и сильно пульсирует в нем жизнь.

Во всех них.

Они, связанные друг с другом на заре времен, переплетшиеся корнями и сроднившиеся ветвями, были чем-то единым, неделимым и всеобъемлющим. Удивительным. Пугающим.

Я шла по травяному ковру, который мягко прогибался под моими ногами, понимая, что пожелай они, и этот ковер треснет, а я упаду в мягкую землю, частью которой и стану.

Лес не был добр. И не был зол.

Он стоял над этими понятиями. И над нами с Элем. Правда, нас он разглядывал с немалым любопытством, которое я ощущала всей кожей.