Не полагаю, но попробую. Должна же я что-то сделать. И делаю вот. Как умею, так и делаю. И получается, потому что ледяные руки сомкнулись за моей спиной, а листья там, в вышине, зазвенели.

– Получилось, – сказал этот поганец ушастый, не оставляя сомнений, что он если не знал доподлинно, то всяко догадывался, насколько непрост этот древний ритуал. – Удивительно.

Еще как удивительно. Я вот настолько удивлена, что прямо разрывает от удивления.

А лес смеется – теперь иначе. Он звенит серебряными голосами птиц, он играет струнами весенних ручьев, он мешает свет с тьмой, и ветер восторженно кружит над нашими голосами. Этот ветер сыплет белоснежные лепестки, которые тают, стоит им коснуться кожи, и меня переполняет чуждая, но добрая сила. Я чувствую себя всемогущей.

И кажется, улыбаюсь.

Точно улыбаюсь. И Эль тоже. Он берет меня за руку, и мы идем. Куда? Понятия не имею. По высокой-высокой траве, которая едва не стала могилой, меж белесыми живыми колоннами, туда, где света становится больше, и я закрываю глаза.

Я знаю, что не споткнусь, а если и вдруг, то упасть мне не позволят. Но свет пробивается сквозь веки, он опаляет кожу, он пробирается в кровь. И я вот-вот вспыхну.

Дура.

Что некроманту делать в эльфийском лесу? Могла бы сообразить… И Эль хорош… сейчас мой дар сгорит. И с чем останусь?

С умением составлять букеты? Или красиво вышивать? Или меня наполнит светлая сила, от которой все тело зудит? Если так, то хотя бы надеюсь, что зуд этот – явление временное. Но я не удержалась и поскребла руку, ту, которую держал Эль.

И он остановился:

– Все хорошо.

– Ты спрашиваешь или утверждаешь?

Чесалась шея. И голова. И все тело.

– Потерпи. Твой организм перестраивается.

Ага, вот не поверишь, но я это чувствую. Очень так интенсивно чувствую. И хочу обратно, в простую человеческую невечную жизнь. Вместо этого я просто поскреблась. И снова… и опять.

– Я хоть эльфийкой не стану?

Представила себя в длинном платье с белоснежными волосами… жуть какая.

– Не станешь, – Эль улыбнулся и обнял. – Это особое место. Сюда далеко не все могут прийти. Бабушка дала ключ…

Ага, то есть без эльфячьей бабушки не обошлось, и подозреваю, что сделала она это исключительно назло эльфячьей матушке. А мне с того что? Ничего, как выяснилось, кроме почесухи.