Когда он оказался снаружи — он уже не думал о том, заметили его или нет. И проверять было страшно. Он просто свернул дальше от ворот и побежал туда, где его ждали.

Так с третьей попытки им все удалось. Да Джиан мог ждать всю ночь и уехать только под утро, Ван Линг не выпускали из города, так что ждал он один. Больше всего Чжу Баи был благодарен даже не за спасение, а за то, что Да Джиан ни о чем не спрашивал. Ни о его помятом виде, ни о том, что с Чжу Баи происходило в плену. Да и вообще ни о чем. Просто молча привез его в город. Они прошли через главный вход — утром бы все в городе знали, что Чжу Баи вернулся.

Уже в поселении, на темной улице, подобрали Ван Линг. В городе она могла передвигаться в любое время и любом районе, главное за границы не выходить. Естественно, никто из них не пошел с Чжу Баи к нему домой, но остались во дворе на случай… на всякий случай. Ему тогда и в голову не пришло, что они могли о чем-то догадываться…

Он чувствовал себя пламенем на ветру. В нем все время что-то колебалось. Часть его не хотела идти домой, не хотела говорить матери о произошедшем, но он очень скучал, к тому же он ничего не знал о маме в течении полугода. Когда пытался узнать, ему отвечали только: «Все нормально».

Его обманули.

Ключей у него давно не было, пришлось некоторое время скрестись в родную дверь, прежде чем мама наконец открыла. Дома очень многое изменилось. Сначала Чжу Баи даже подумал, что на маму так повлияло его исчезновение, но она совсем не обрадовалась возвращению сына. Он успокаивал себя тем, что, возможно, маму не предупреждали, чтобы не огорчать, если побег не получится. Но ее вид, ее взгляд подтвердил худшие опасения Чжу Баи: Его не ждали…

Мама смотрела так, будто снова поймала его на побеге из дома. Словно его не было всего одну ночь. И выглядела мама больной: исхудавшая, волосы полностью убраны под платок. Она была одета не в домашнее, она словно ждала гостя.

— Входи, — сказала она как бы нехотя.

— Уверена? — спросил Чжу Баи. Он уже думал о том, куда пойдет дальше. Это его дом, но тут ему явно не рады. Он зацепился за эту мысль. Кажется, мама думает, что он сбежал. Значит, пусть думает так, и не придется говорить ей о том, через что он прошел.

Мама не ответила, но дверь оставила открытой. Отправилась на кухню, чтобы поставить чайник. Была глубокая ночь, во всем доме тишина, словно никого живого кроме них двоих.

— Почему раньше не пришел? — без особого интереса спросила мама. На подоконнике стояли лекарства. Чжу Баи и не знал таких.

— Ты болеешь? — вместо ответа произнес он. И мама тоже проигнорировала. Тогда Чжу Баи спохватился. Он стоял в дверях, он не мог пройти в родную кухню, он чувствовал, что ему тут не рады. Но он понял, что тактика делать вид, что его никто не похищал и он был там добровольно — плохая тактика. Потому что дело серьезное. Потому что тогда он бросил маму без поддержки, умирать. Маму, которая всю жизнь была к нему добра и внимательна.