Что? Какая живая?!

Моргнув, я вновь ввела нужные цифры, но запись не изменилась.

– Они что, не поняли, что она умерла? – задал интересующий всех вопрос Ан.

– По их данным, она жива, – выдохнула я. – Нет статуса «мертва». Даже диагноз не установлен.

– То есть на момент, когда это судно превратилось в дрейфующий кусок железа, эта женщина была жива? – Друз как-то нервно указал на экран.

О, я его понимала, сама пребывала в крайнем недоумении. Ну как система корабля не сообразила, что лечит покойника?

Капсула исправно работала, но отчего-то пыталась поддержать жизнь в мертвом теле.

В мертвом!!!

– А может, потому тот покойничек в коридоре и был такой прыткий – вылечили, – как-то не вовремя решил пошутить Дик, за что и получил пару гневных взглядов в свою сторону.

Юморист недолеченный.

– Может, простой сбой? – А вот предположение Маркуса вполне соответствовало логике происходящего.

– Да, так бывает, – ухватилась я за эту теорию.

– Давайте сначала осмотрим остальные капсулы, а потом начнем строить догадки, – строго произнес Айзек. – Ти-си, лети к следующей и проверь…

Он не договорил. Послышались характерные для замыкания треск и хлопок. Взорвалась лампа.

Как будто ядро корабля по-тихому сходило с ума.

Свет моргнул и ярко разгорелся, освещая медицинский отсек. Взглянув на экран, я подавилась собственным испуганным визгом. Прямо напротив Ти-си, скалясь, как звери, стояли два покойника.

Моя колонка испустила звук сирены сигнализации и взвилась под потолок. Поджав ноги, я и вовсе забралась на Айзека.

А мертвые продолжали стоять столбами. В чертах частично разложившихся лиц легко угадывались падальщики. Глаза навыкат, череп проглядывался, клочки волос с кожей свисали с ушей.

Не знаю, как они выглядели при жизни, но смерть их явно не приукрасила.

– Может, проказа? – прошептал Ан. – Или что там еще такое бывает?