– Какое такое? – тихонько ответила ему Ким, каким-то чудом очутившаяся на руках Маркуса. – Я трупов насмотрелась в свое время. Эти точно не дышат. Там если и ставить диагноз, то посмертно.

– Но они стоят. – Ан ткнул рукой в монитор, словно мы не видим того же, что и он.

– Как столбы! – согласился с ним Дик. – А может, этот… как его… О, сифилис! Я слышал, от него гниют заживо.

Прищурившись, мы, не сговариваясь, зыркнули на трупы с предположительно срамной болезнью.

– Нет, братец, эти не гниют, если ты не заметил – они разлагаются, – разнесла его теорию в пух и прах Ким. – Они мертвые!

– Но стоят же, – не унимался Ан. – А раз стоят, выходит, что не… – Замолчав, он снова укоризненно взглянул на падальщиков. Словно обвиняя их в учиненном безобразии.

– Ти-си, проверь, исправно ли работает гравитация, – скомандовал Айзек.

– Норма, – тут же отозвалась она. – Я тут подумала… Ну их, эти титьки. И так проживу. Я хочу обратно-о-о!

Как я ее сейчас понимала, но…

– Не страдай, Ти-си, – строго произнесла я. – Тебя они не достанут.

– Но мне страшно-о-о, – продолжала ныть она, не обращая на мои слова никакого внимания.

Кажется, ее выдержка дала трещину. И вроде не живой человек, а чувствует. Как я раньше не замечала этого? Я же часами разговаривала с ней, слушала ее рассказы. Она всегда была при мне, но как… Как я пропустила тот момент, когда Ти-си перестала быть просто виртуальным помощником?

Она чувствовала. Не просто понимала человеческие эмоции, а транслировала их.

– Я сейчас же возвращаюсь на «Илиаду». Тут темно, тихо и эти пеньки вдоль стен стоят.

– Милая, и все же ты искусственный интеллект, – напомнила я ей. – Ну не съедят же они тебя.

– И что? Подумаешь, не съедят. Мне все равно страшно, пустите меня обратно.

– А ну, не истери, – грубо рявкнул Айзек. – Не теряй время, осмотри остальные капсулы, но не приближайся к этим… пням.

Ти-си умолкла, жалобное нытье резко оборвалось. Состряпав на лице недовольную мину, она направилась к следующей капсуле.

А покойники продолжали стоять на месте, не проявляя признаков активности.

Я невольно возвращалась к ним взглядом. Они не вызывали во мне ни жалости, ни сострадания.