– Между прочим, перед тобой не просто блондинка, а «опенок»!  – сделав, как он сказал, похвасталась я.

– Тогда нет необходимости напоминать, что погружаться тебе можно только на 18 метров. – Глаза мужа, колдующего над баллонами с воздухом, заискрились от смеха.

– Мы с Аскером опускались на 25! – не удержалась мисс Хайд.

– Он пожалеет о том, что разрешил такое новичку, когда мы встретимся! – пообещал Драган.

– Размечтался! – я прикусила свой слишком длинный язык и соскользнула с серфа в воду.

– Погружаться будем медленно, хорошо?

– Давай уже начнем?

Вскоре толща воды сомкнулась над головой. Солнечные лучи мощными прядями пронзали светло-голубое желе и растворялись в темноте глубины. Именно туда мы с Гораном и начали опускаться.

Сначала все было просто и даже приятно – ощущение, словно находишься в невесомости, но ровно до тех пор, пока продувание ушей не перестало помогать. Все-таки когда Драган настаивал на медленном спуске, стоило прислушаться. Но мы же умные, лучше всех знаем, как надо.

Когда я замерла, пытаясь свыкнуться с болью, распирающей голову изнутри, Горан показал кулак с поднятым вверх большим пальцем – знак экстренного всплытия, но мисс Хайд отрицательно покачала головой и тут же сморщилась – кровь в сосудах запульсировала так, словно пыталась достучаться до моих мозгов. Драган настойчиво повторил знак с поднятым пальцем, в ответ получил поднятый средний и, судя по всему, выругался.

Будь у меня хвост – вильнула бы и уплыла, ей-богу! И ведь умом понимала, что он просто беспокоится за меня, но натянутые струной нервы и вопящие вибрисы выключили благоразумие и предоставили возможность солировать моему непростому характеру. Свет вокруг тем временем постепенно рассеивался. Темнеющая вода стискивала ледяными объятиями, заставляя жалеть об отсутствии гидрокостюма.

Как-то я поддалась на уговоры Глеба и нырнула на Крещение в иордань. Ощущения становились примерно такими же с той лишь разницей, что сейчас все происходило постепенно – это радовало, но не имелось возможности пулей вылететь на поверхность, с трудом сдерживая желание высказаться так, что тебя в той же проруби и утопят истовые верующие.

Ударившись в воспоминания, я даже не увидела мощный водоворот, что поднялся снизу, ударил наотмашь, оторвав меня от Драгана, и закрутил, заставив потерять всякое представление о том, где верх, где низ. Пришлось закрыть глаза, расслабиться и позволить воде обращаться со мной как с носком в стиральной машине.

Когда «стирка» закончилась, ощущение невесомости осталось. Тень, проскользнувшую рядом, я заметила боковым зрением, но рассмотреть смогла, только когда она зависла прямо напротив. Зрение сбоило, и сначала мне привиделась темно-серая огромная шляпа. Но эта «шляпа» имела хвост! Как же туго сегодня соображает Ангел! Это же скат! Причем, тот самый, что смотрел в мою душу, когда Фил вез нас с Гораном с острова.