Тонкая красная струйка скользнула в воду. За ней последовали корзиночки из бамбуковых листьев с цветами. Похожие делала Руфь, когда мы жили на Бали. Сначала они спокойно плыли, чуть-чуть покачиваясь, но затем в центре круга начала медленно закручиваться, набирая силу, воронка водоворота. Когда она засосала вглубь ритуальные корзинки, баджо уплыли.

– Горан… – начала я.

– Даже не думай. Останусь с тобой.

Мои глаза утонули в его – цвета любви. Наши руки крепко сжались. Воронка, что быстро увеличивалась в размерах, неожиданно схлопнулась. Тонкий хвостик водоворота растаял в сапфировой поверхности, и она вновь стала идеально ровной.

– Ну уж нет! – процедила мисс Хайд. – Я до тебя доберусь – хочешь ты этого или нет!

– Родная?

– Будем нырять, Горан!

– А если придется погружаться очень глубоко?

– И что? У тебя же получается!

– Любимая, у меня огромный опыт!

– У тебя огромный не только опыт.

– Пошлая моя!

– Что за наезды! Я вообще не о том, о чем ты подумал! Кроме того, у тебя – опыт, а у меня – Крылья! Ангел я или где? Мы справимся!

– Как знал ведь. – Хорват хмыкнул и помахал своей охране на соседней лодке.

– Серьезно? – мисс Хайд изогнула бровь, наблюдая как они, подплыв, передают боссу баллоны с воздухом и маски. – Драган, ты вибриссы отрастил?

– С тобой жабры надо отращивать, – пробурчал супруг, обжигая стекла масок огоньком зажигалки.

– Что ты делаешь? – заинтересовалась я.

– Это чтобы они не запотевали под водой. Ты же, наверное, захочешь рассмотреть этого своего Аквариуса во всей красе?

– А то!

– Кто бы сомневался! Держи, вредная. – Он полил на маски колу, встряхнул и протянул одну из них мне. – Отрегулируй так, чтобы не слишком туго на лице была, иначе при погружении будет врезаться в кожу и давить.