И где…

– Держи, – в руках оказывается тёплая кружка, и в нос устремляется знакомый аромат цветочного чая.

Ну точно. Так вот кто передо мной.

– Мо-ри? – почти беззвучно получилось и очень больно. Так больно, что в ушах застучало огромным колоколом.

– Я же сказала: молчи, – вздыхает заблудшая, складывая руки на пышной груди, и мой взгляд, наконец, фокусируется на красивом, но крайне уставшем лице древней из Лютого города. – Слишком сильные повреждения. Тело регенерирует полностью не раньше, чем к вечеру, а если будешь дёргаться и пытаться говорить – не раньше, чем к завтрашнему вечеру. И вообще, ты в моём доме, так что делай, что говорю. А если хочешь спросить, почему тебе помогаю, то отвечу сразу: не за просто так. Я оказываю услугу Рэйвену, Рэйвен окажет услугу мне. Всё просто.

Смотрю на кружку с чаем в руках и на Мори. На кружку с чаем и вновь на Мори.

В голове разрастается паутина из сотен вопросов, а я даже не могу их задать!

– Пей. Хороший чай, – кивает Мори, и я отмечаю в каком беспорядке находятся её красивые тёмные волосы; старое птичье гнездо напоминают. Одежда явно не первой свежести и кое-где покрыта пятнами засохшей грязи, лицо будто в копоти измазано.

– Да-да, знаю… – вздыхает устало. – Не самый мой презентабельный вид, но если бы своими глазами увидела то, что творится в городе и удивляться бы не стала.

– Ч-что…

– Молчи! – приказывает и внезапно смягчается: – Лучше пей чай. Пока совсем не остыл. И да… вот за ЭТИМ, – кивает в сторону круглого окошка, – тоже присматривай. Чтобы из дома ни на шаг. Ни ты, ни оно.

На одном из стульев с высокой изогнутой спинкой сидит тот самый мужчина-проводник, душу которого поглотила Лори и, вывалив язык на одну сторону рта, не спускает с меня блестящих светлых глаз.

Да что вообще происходит?

– Не помнишь ничего? – вскидывает одну бровь Мори. – Это он принёс тебя. Едва дотащил, с ног валился. Совсем Рэйвен свою псинку загонял. Бедняжка Лори… Что вообще с ней случилось? Где волчье тело потеряла?

Так она всё знает?..

Мори никак одна из тех, кто заключил с Рэйвеном сделку по поиску и доставке анафем в «клетку» – не иначе.

– Смотрю на тебя, а вопрос сам напрашивается, – древняя глядит с придиркой, щуря глаза. – Почему такая, как ты ещё жива, если связалась с Рэйвеном? Это крайне не логично.

– Я…

– Да-да, знаю, – женщина вскидывает руку ладонью вперёд. – Я помню наш разговор, да и сейчас вижу твою душу – она не разбита. И это вызывает ещё большее любопытство: список критерий палача по отбору жертв резко увеличился? Ты ведь знаешь, что Рэйвен палач. Почему возится с той, у кого даже Осколка нет? И почему его ручной фантом изменил облик? Быть волком надоело?