– Что ты делаешь? – презренно щурит глаза.

– Пытаюсь разглядеть в тебе то, чего ты себя лишил.

Лицо Рэйвена напрягается всё больше и это почему-то кажется забавным.

– Ты не всё ей отдал, да? – смотрю в закипающие от злости глаза.

– О чём ты?

– Ты не всё отдал Лори.

– Откуда мне знать?!

– Это был не вопрос.

Лицо Рэйвена застывает и будто вот-вот треснет от напряжения. Вижу, как он делает над собой усилие, чтобы не сорвать весь гнев на мне, всю ярость на Лимб и обиду за жестокий обман, отводит взгляд в сторону и с силой сжимает кулаки.

– Блэйзу от тебя что-то нужно…

– Да, – рявкает. – Чтобы я закончил уничтожение Лимба!

– У него Лори. Он может ей навредить?

– Лори – ничто, – глаза наполняются яростью, а голос свирепеет. – Часть меня! Какое тебе на хрен дело до моего Осколка?

Какое мне дело до его Осколка?

Какое мне дело до палача, который толкнул меня в этот ад?

Мне тоже интересно!

Хотела бы я его ненавидеть. Но не могу… Ничего не чувствую! Словно всё, что видела, не имеет ко мне никакого отношения. И к Рэйвену… тоже.

Тело действует само, против воли, против мозга и здравого смысла, который лопается во мне пузырьками морской пены. Опускаю ладонь на его плечо и осторожно сжимаю пальцами.

И всё замирает. Мир замирает, задерживает дыхание. Время прекращает ход. Есть только я в тесной комнате и палач Лимба, глаза которого смотрят в мои и блестят двумя острыми опалами.

Поджилки предательски дрожат, пока пронзительный взгляд самого настоящего Демона копается внутри меня, переворачивает душу, нещадно прожигая в ней дыры. Мелкая дрожь проносится вдоль позвоночника и волоски на шее встают дыбом. Сосёт под ложечкой от напряжения повисшего между нами, которое ощущается физически, искорками по коже, мурашками по затылку.