— Я здесь, — улыбнулась она, закрывая книгу. — Ты уже закончил?

— Да, — сев рядом с ней, Джотэм, как только Джасинда развернулась к нему, устроил ее босые ноги у себя на коленях.

— И как сильно ты их удивил?

— Их?..

— Тех, с кем ты встречался. Я имею в виду, сейчас лишь начало седьмого. Бьюсь об заклад, советники были уверены, что встреча закончится поздно. О-очень поздно.

— Да, похоже, я их шокировал. Но им придется перестроиться. Теперь у меня есть личная жизнь. Благодаря тебе, — наклонившись, Джотэм нежно поцеловал ее в губы.

Эти слова, пока они целовались, целительным бальзамом пролились на ее израненное сердце, и Джасинда каждой клеточкой души осознала, что ее место рядом с Джотэмом. А еще то, что она никому не позволит разлучить ее с ним.

Ни своим детям. Ни Аделаиде Паяри. Ни кому-то еще.

«Разве не это я говорила Дантону сегодня утром? Возможно, пришло время подтвердить свои слова действиями».

— Я люблю тебя, Джотэм.

— Я тоже люблю тебя, — протянув руку, он заправил ее выбившуюся прядку ей за ушко. — Чем занималась все это время?

— Ничем особенным. Бродила по дворцу, заново знакомясь с ним. И знаешь, была удивлена, что за последние десять циклов он совсем не изменился.

— Разве это плохо? — слегка нахмурился Джотэм.

— Ну, если честно, я ожидала увидеть хоть какие-то перемены. Особенно в Общественном крыле.

— Почему именно там?

— Ну, Общественное крыло по своей сути является отражением всего Дома Защиты. И его посещает большая часть населения. Поэтому оно должно не только представлять наше прошлое, но и отражать настоящее совместно с будущими перспективами.

— По-твоему, там этого нет?

— О, история Дома Защиты представлена наилучшим образом. А вот где работы современных художников? Почему не выставлены экспонаты наших последних достижений? Таких как «Хранитель»? Молодые люди приходят сюда, чтобы, приобщившись к истории своего народа, внести посильный вклад в его будущее. А вот старшее поколение… ради воспоминаний.

— Не понял, — нахмурился Джотэм. — Что значит «ради воспоминаний»?