Сильвиус медленно обходит меня кругом, точно змея.

— Я слышал, что они встречались, когда он останавливался на севере.

— Вот и хорошо.

— Я вижу, ты не веришь в то, что у него к ней какие-то чувства.

— Потому что их нет. По крайней мере, романтических.

— А ты целуешься с мужчинами, с которыми не состоишь в романтических отношениях?

— Нет.

— Что и требовалось доказать.

— И что вы пытаетесь доказать?

— Перед тем как прийти сюда, у меня была встреча на Исолакуори. Когда я приехал туда, язык Данте находился глубоко во рту принцессы.

— Вы лжёте.

Он достает эмалированную табакерку из кармана штанов, берёт щепотку соли и прижимает её к кончику своего языка. Проглотив её, он повторяет свои слова, каждое из которых впечатывается в хрупкую оболочку моего сердца и заставляет его заныть от боли.

— Принц не будет спать со шлюхами, потому что тогда принцесса Глэйса не пустит его в свою постель. Но как я понимаю, он не рассказал ей о тебе.

Он придвигает ко мне табакерку, и хотя я не хочу играть с ним в эту игру, я достаю оттуда щепотку соли и нюхаю.

Соль. Это на самом деле соль.

Он захлопывает табакерку и возвращает её в карман.

— Тебя, похоже, очень расстроила эта новость.

Я так крепко сжимаю руки в кулаки, что мои ногти оставляют на ладонях небольшие полумесяцы.

— Капитан Сильвиус, заведение закрылось, — голос Джианы звучит так, словно кто-то ударил металлом о металл.

Он кидает в неё что-то блестящее.