Сей умный и наблюдательный муж отметил, что появление демоницы оказалось для Рикиши не очень приятным сюрпризом. Но джины и демоны находятся в мирном нейтралитете, поэтому от комментариев воздержался и на помощь остальным не пришел. Тихо наблюдал, как красавица Либерия развлекалась, причем ему даже стыдно за это не было. А потом вернулся дроу, посланный за верховным жрецом, только почему–то один, даже без гнома. И, когда кентавр, дроу и Рикиши, объединившись, принялись спасать Виньямара, хитрый джин сменил нейтралитет на пассивную помощь побеждающим. Опять же никаких угрызений совести по этому поводу он не испытывал: с демоницей же напрямую не воевал, значит, все отлично. И смерть нага с троллем его совершенно не расстроила, хотя они и провели вместе несколько дней, пока добирались до алтаря.

То, что миссия провалилась, Аланазар осознал еще в момент появления Либерии и уже успел с этим смириться, хотя ему очень хотелось разбудить драконов. Не ради спасения Истейлии, но для своих личных, а также общеджиновых нужд — расширения подвластных территорий. И, кстати, он был уверен, что демоны тоже заинтересованы в восстановлении своих порталов в третьем мире, поэтому поведение девушки показалось ему странным. Был прекрасный шанс почти без всяких усилий принести пользу своему народу, а вместо этого она предпочла воспользоваться своей силой инкуба и просто развлечься.

Это было очень подозрительно, и демоница могла так себя вести только в двух случаях, — ей пообещали свободу и полную безнаказанность или ей приказали так себя вести. И, добавив к этому то, что мальчишка, то есть Рикиши, выглядел растерянным и расстроенным, а, главное, удивленным ее появлением, Аланазар заподозрил, что демоны играют в какую–то свою игру. И джинов предупредить забыли. А когда узнал о том, что гном и верховный жрец убиты, его подозрения переросли в уверенность.

Оказавшись дома, он какое–то время еще поразмышлял, а потом отправился в КийЛунь. Почему? Вот тут–то мне оказалось очень тяжело сохранить спокойное невозмутимое выражение лица, потому что, оказывается, этот мирок принадлежал ангелам и демонам. Но неявно. Открыто на нем жили люди, только люди, как на Яхолии. И в войне за освобождение Истейлии участвовали только люди, — первородные официально не вмешивались, как и джины. А вот неофициально…

Но подтвердить или опровергнуть свои подозрения Аланазар не смог, так как добраться до своего друга–демона ему не удалось. Хотя предупредить его о своем скором прибытии успел и, поэтому последующее пленение лишь укрепило подозрения джина насчет участия в войне демонов, причем на стороне Яхолии.