— Даже не знаю, — сразу как–то растерялась я. — А с тем, кого я ищу, все в порядке?

— Да, — женщина улыбнулась мне. — Проходи, не стесняйся. И друг твой пусть проходит.

— Нет, Ормиду надо предупредить остальных, чтобы они не волновались. Вы же пропустите их потом? — я вопросительно посмотрела на богиню, и та кивнула:

— Конечно, разве я могу держать под дверью спасителей одного из моих миров?

Пока я шла по тропинкам, выложенным белым камнем, и любовалась на цветущие вокруг деревья, мы молчали. Но у самых дверей в здание меня осенило.

— Скажите, а почему я сначала не понимала вас, в храме, а теперь понимаю.

— Маласса наградила тебя знанием языка истейлов, — пояснила Кали. — Ты даже не замечаешь, что говоришь на нем, как и все твои друзья. Именно он теперь будет для вас родным, потому что иначе вы бы не перенеслись вместе со всеми остальными. Все чужаки, не принятые хоть одним из двух миров, погибли. Мало того, Маласса возвела щит вокруг мира, и теперь сюда сможет проникнуть только тот, кого пригласит житель Истейлии. Конечно, со временем эта защита ослабнет, но тогда уже я и мой пантеон войдем в полную мощь. Пока что остальные боги пребывают в анабиозе. Это очень похоже на сон драконов, только они будут готовы проснуться сами, как только у них появятся для этого силы.

Мы поднялись, вернее пролевитировали по винтовой лестнице два пролета и оказались в небольшом помещении, с зеркальными стенами и тремя огромными окнами. В центре, в позе лотоса, сидел Ришабха Риши. Я сразу поняла, что это не мой Рики, хотя они и были очень похожи. Сразу чувствовалось, что это совсем другой человек, еще слишком юный, почти мальчик. Он открыл глаза и посмотрел сначала на богиню, потом на меня, затем снова на богиню:

— Каликамата, я так рад, что вы откликнулись на мои молитвы! Пожалуйста, подскажите, как мне быть. Я запутался. Ситара любит меня, я люблю ее, но она ведь принцесса.

Счастливый ребенок! Целый мир был на краю гибели, а для него сейчас существует только одна проблема — как правильно поступить, когда твоя любимая — принцесса.

— Я всегда советовала тебе прислушиваться к голосу сердца. Что оно тебе говорит? — ласково и одновременно строго поинтересовалась Кали.

— Что мое место рядом с ней, и я должен довериться ей. Но я не могу! Она так долго выбирает… Это невыносимо — столько ждать. Вы же знаете, как я ненавижу ждать! Почему она до сих пор не поговорила о нас со своим отцом? Мне кажется, что я, как мужчина, должен сделать это сам.

— Слушай свое сердце, а не свое нетерпение. Всегда, когда ты действовал необдуманно, происходили ошибки. Вспомни!