План решения у нас с мужем был такой: организовать новое матриархальное государство, как можно дальше от уже существующего, и заселять его только более–менее лояльными к равноправию Домами. А, главное, ввести законы, обещающие все кары небесные и подземные за попытку устроить межгосударственную войну. Я уже просто видела, как смелые и решительные мужчины пытаются достичь свободного государства Ваэрауна, а властные женщины сбегают к соседям, молящимся Ллос. Но дроу жили так веками, и не мне менять их менталитет в лучшую сторону. Я могу лишь попытаться это сделать, но для этого следовало договориться с их богами. Придумать рекламу мирного сосуществования для королевы пауков… Да уж, задача не для слабых. И постоянный источник жертв для Ллос нам никак не удавалось придумать.

В конце концов, посовещавшись с более опытными правителями: королями Истейлии и Яхолии, к слову, довольно быстро нашедшими друг с другом общий язык, мы с Таром решили, что лучше всего дроу объединит постоянная общая внешняя угроза. Такая, которая будет держать их в постоянном напряжении, но не позволит себя уничтожить.

На эту роль лучше всего подходили демоны. Мы собирались попросить Нибраса договориться с воцарившемся на Истейлии князем Асмодеем, которому мы так до сих пор и не вернули его флейту, кстати. Совесть меня по этому поводу не мучила, но иногда хотелось узнать, каким чудесным образом гномы обманули самого князя обмана, Пифона, и оставили этот музыкальный инструмент у себя. И кто убил деда Ярима, но при этом не забрал флейту. Но, сдается мне, что целиком, во всех подробностях, эту историю не знал никто.

Когда всеобщий праздничный ажиотаж по случаю спасения мира и свадьбы принцессы спал, мы переехали из дворца в отдельный дом, и инкуб поселился рядом с нами, на соседней улице, недалеко от местного борделя.

Мы старались собираться все вместе, хотя бы раз в неделю. И Ярим с Джиди, живот которой уже начинал пугать своими размерами не только ее мужа, но и всех остальных. И Шакрасис, устроившийся жить неподалеку от города, на берегу большого озера, — насколько я поняла, у местного водяного было сразу несколько дочурок, и какая–то из них приглянулась нашему нагу. Как он отшучивался: «Для семейных отношений я слишком молод, а вот для постоянных уже дорос». Оба джина предпочли остаться во дворце и развлекались, обучая военному искусству трех принцев, семерых их кузенов и избранных парней из свиты. Иногда Ормид высказывался, что худших воинов он еще не видывал, но потенциал есть. А Сохрэб отвешивал сомнительные комплименты, типа: «Даже ты, красавица, меч в руках держала увереннее!». Единственной отдушиной для близнецов был Ришабха, вот его они постоянно хвалили.