Сегодня, впрочем, Эдварду повезло и он оказался в самом удачном месте. Он увидел совсем недалеко гладкую цветную скалу с высеченной в нем крепостью.

- Мы у Прибрежной крепости? - зачем-то спросил он у Исимира, хотя вряд ли тот знал названия ардских крепостей.

- Что? - как и следовало предполагать, Софирец его не понял.

- Ничего. Просто хорошо, что мы переместились сюда.

- Мы всегда сюда перемещаемся, - он качнул плечами.

«Занятно...», - подумалось Эдварду. Впрочем, он быстро нашел логическое объяснение: все люди, попадающие в мир ардов, оказываются сперва в Прибрежной крепости. Просто это всегда жертвы кораблекрушений и утопленники, а не пираты на своих кораблях. Но, вероятно, для них действуют те же законы.

- Я вырос в этой крепости, - ни с того ни с сего разоткровенничался Блейн, - странно, мы никогда не замечали на горизонте пиратские корабли.

- Мы редко перемещаемся и сразу уходим.

- Это правильно. Чужаков этот мир встречает жуткими бурями.

Исимил дернул бровями и кивнул, как бы говоря: «Я проверил это на своей шкуре».

- Я мог бы поговорить со своим другом... - начал Эдвард задумчиво. Стоило определиться со следующими действиями, - потом мы можем встретиться где-нибудь. Где тебе удобно. Обсудить, что можно сделать с Майером.

- Да. Только сначала я хотел бы поговорить еще кое-о-чем, - Исимил выступил из-за штурвала, жестом приказал квартирмейстеру заменить себя, а Блейна хлопнул по плечу, призывая последовать за ним, - в моей каюте.

- Ладно, - Эдвард не стал задавать лишних вопросов. Фраза «в каюте» ясно давала понять: Софирцу не нужны любопытные свидетели. Пусть и из его же команды.

Они спустились с мостика и прошли в большую, но ужасно темную и мрачную капитанскую каюту.

Крохотные окна из мутного, но прочного стекла, были зашторены, всюду - завал из бумаг, карт и каких-то планов, на стенах висели раритетные сабли. Где-то здесь должна была быть и кровать... Но под грудой хлама Эдвард едва ли различил кресло против письменного стола и стула, к которому направился Софирец.

- Я хотел бы узнать о той женщине, которую погубил Майер. О сестре твоего друга, - сгребая со стола бумаги, выговорил Исимил.

- Лучше будет обсудить это с самим Гуннаром. Неуверен, что имею право... - уж начал Эдвард.

Но Софирец его прервал:

- Ее звали Гарен, да?

Эдварду захотелось сесть.