Отличался лишь взгляд. Не мрачный и задумчивый, как был и лишь недавно начал меняться у Гуннара. А пытливый, открытый, как ни странно бы это прозвучало - живой.

- Гарен... - Биа увидела, как Гун сделал шаг навстречу, но не решился подойти ближе, хотя, наверное, ужасно хотел. На глаза ему навернулись слезы. И Бианке вдруг захотелось расплакаться вместе с ним.

Сестра нежно улыбнулась, легко кивнула. Раздался странный, то ли приглушенный непреодолимым барьером, то ли донесшийся из недостижимых далей голос:

- Я люблю вас.

Губы Гарен при этом не шевелились, но Биа почему-то была уверенна, что слова произнесены ею.

По тому, как смешались радость и тоска на лицах Гуннара и Ларса, теперь Бианка отчетливо видела его среди остальных, она поняла, что не одинока в своем ощущении.

Впервые с момента своего появления Гарен показала, что давно не относится к этому миру: ее охватило легкое сияние, сначала чуть различимое. Но потом оно стало нарастать, усиливаться, охватило всю ее фигуру, пока вдруг не поглотило полностью, пока вновь все не вспыхнуло и на месте Гарен не оказался теперь уже знакомый светящийся шарик. Он мгновение не двигался, чуть слышно жужжа и переливаясь, потом вспорхнул, словно маленькая птичка, вырисовал небольшой зигзаг и растворился в воздухе.

В зале после ее ухода стало пусто. Как становится на душе, когда тебя покидает дорогой человек. Наверное, так себя и почувствовали многие, кто застал сейчас ее сверхъестественное появление. Те, кто был с ней знаком.

- Биа! - первым в себя пришел Гуннар. Он спрятал в ножны меч, с которым ворвался в зал. На его лезвии виднелась свежая кровь, и Бианке ужасно не хотелось думать, кому она принадлежала.

Гун подлетел к ней, прижал к себе крепко-крепко.

- Предки! Прости меня! Я такой дурак!

Хотелось уткнуться носом в его грудь, вслушаться в стук его сердца и забыть обо всем.

Но Бии не удалось это сделать. Она вспомнила о Хельге, и ощутимая дрожь прошлась по телу.

Почудилось, что эта безумная жестокая женщина воспользуется сейчас всеобщим замешательством и нанесет смертельный удар...

Однако, оглянувшись, Бианка с удивлением обнаружила свою противницу на полу. Ардесса странно скукожилась, схватилась ладонями за лицо, пряча его. Она почти не шевелилась. Только руки дрожали.

Рядом, прижавшись к стене, все еще стоял Эдвард. Он был в порядке. Хоть и заметно напуган и озадачен.

Биа увидела, как Ларс подошел сначала к Хельге, тронул ее за плечо, наверное, проверяя, жива ли она. Та дернулась, оглянулась... И Бианке стало дурно.

Лицо Хельги было ужасно обожжено, его покрыли белые волдыри, и кожа в некоторых местах, чудилось, вот-вот слезет, как у змеи.