– Ты тут ни при чем, это все дар, – выдыхая облачко пара, проговорил юноша.

Я неуверенно пожала плечами.

– Мне слышался женский голос. Голос, которому было невозможно противиться. Сначала я получила приказ сбежать от вас. А потом… Господи! Я чуть не бросилась под машину! Причем, кажется, дважды, – меня затрясло.

Ведающий тихонько выругался и мрачно предположил:

– Наверняка это Маргитта. Трудно противостоять ее внушению. Это ее врожденный дар – проникать в сознание человека и пытаться им управлять. А еще она любит считывать чужие воспоминания и, искажая их, возрождать в душе самые потаенные страхи.

– И что, – болезненно поморщилась я, – теперь какая-то психопатка будет копаться в моей голове и указывать мне, что делать? Вдруг в следующий раз прикажет сигануть с крыши?

Молодой человек сочувственно на меня посмотрел:

– Маргитта решила пустить в ход тяжелую артиллерию. Наверное, боится, что из-за наложенного Крисом скрывающего заклинания Ведающему не удастся нас отыскать.

– И что же теперь делать? – Меня передернуло, стоило вспомнить то опустошающее чувство, которое владело мной совсем недавно.

Даниэль не нашелся, что сказать. Вероятно, о талантах Маргитты он знал лишь понаслышке и не имел опыта в борьбе с сумасшедшей колдуньей. Надеюсь, у Этеле такой опыт имеется. Не хотелось бы снова оказаться во власти злых чар, с меня вполне хватает и проклятого дара.

Некоторое время мы молчали. Я тщетно пыталась согреться, тесней прижимаясь к Даниэлю. Тот, казалось, этого даже не замечал, предаваясь одному ему известным размышлениям. Чтобы окончательно не превратиться в сосульку, принялась бегать вокруг скамейки, попутно забрасывая венгра вопросами:

– Давно хотела узнать, почему татуировка Этеле отличается от ваших? У вас с Крисом – только дракон, у него же чудовище оплетает три звериных клыка. Все думала, где видела раньше это изображение. А сегодня на развалинах вспомнила, что таким был герб графини Батори.

Даниэль нехотя кивнул. Медленно выговаривая слова, будто их из него тянули клещами, начал рассказывать:

– Когда в семье произошел раскол и образовалось два клана, родовой знак тоже решили поделить пополам. Эчедам досталось изображение дракона, Батори – три волчьих клыка, образовывающих букву «Э».

– Тогда почему у Этеле оказались обе половинки?

Парень замялся. Отвел взгляд, явно о чем-то размышляя, и нехотя произнес:

– Об этом тебе лучше спросить у него самого. Это история Этеле, не моя.

Зря он так сказал. Только еще больше подстегнул мое любопытство. Позабыв о холоде и не обращая внимания на начавший моросить дождь, я запрыгала от нетерпения: