Блондин посоветовал ему заткнуться и, никак не отреагировав на мои протесты, повел в номер.

– Я тебя не потревожу. – Этеле почему-то решил, что его общество будет мне в тягость, потому я и упираюсь. – Можешь представить, что меня вообще здесь нет.

– При чем тут это? Я о тебе беспокоюсь. Просто вы и так толком не высыпаетесь. А теперь еще и ночные бдения.

Ведьмак посмотрел на меня таким усталым взглядом, что я посчитала жестоким продолжать его мучить своими рассуждениями, и благоразумно умолкла. Искать пижаму уже не было сил, поэтому легла спать, не переодеваясь.

– Отдыхай и ни о чем не думай, – мягко проговорил Этеле.

– Не так уж это и просто: отдыхать, зная, что из-за меня тебе придется не спать всю ночь. – Пододвинувшись поближе к ведьмаку, я свернулась клубочком и положила голову ему на плечо.

– Зато мне выпала редкая возможность любоваться тобой несколько часов, – нашел что-то позитивное в этом кошмаре венгр. С нежностью, на которую был способен только он, Этеле коснулся моего лица, заправив за ухо прядь волос, и тихо закончил: – Ради этого можно и пободрствовать.

Погладив мою ладонь, ведьмак прижался к ней губами.

– Как же хорошо, что у меня есть ты, – прошептала с улыбкой и даже не заметила, как уснула крепким, безмятежным сном.

* * *

Утро следующего дня до боли походило на предыдущее. Когда открыла глаза, в моем номере снова хозяйничал Кристиан. Непонятно зачем потрошил чемодан, придирчиво оглядывал мою одежду и с кислой миной бросал все в кресло.

– Что ты делаешь? – спросила сонно, пока предприимчивый наш не успел добраться до самого дна и приступить к ревизии нижнего белья.

– Вот эта вроде ничего, – вместо ответа задумчиво пробормотал Эчед, разглядывая светло-голубую кофту с глубоким вырезом, которую я, собираясь в спешке, запихнула в чемодан вместе с остальными вещами. – А вообще, тебе что-то надо делать с гардеробом. Ничего интересного, – поделился мнением, которое мне было до лампочки, и пообещал: – Скоро вернусь.

– Буду считать минуты, – буркнула я. Еще какое-то время повалявшись в кровати, почапала воскресать в душе.

Эчед не соврал, вернулся минут через тридцать и велел раздеваться. Прямо так с порога и заявил, услышав в ответ недвусмысленное пожелание отправляться куда подальше.

– И как только тебя родители выносят? – закатил он глаза.

– О тебе могу сказать то же самое, – не осталась я в долгу.

Венгр пригрозил, что если сейчас же не напялю на себя злосчастную кофту, он это сделает за меня. В смысле не сам в нее обрядится, а окажет мне посильную помощь в переодевании.