— Ты одна из крылатых? — спросил Дэгс, по-прежнему поджимая губы. — Голоса сказали, что только крылатый может открыть дверь…

— Я не открывала дверь, — сообщила она ему, и её губы по-прежнему изгибались в улыбке. — И нет, я не та, кем ты меня считаешь, хотя мы приходимся друг другу роднёй, кузен. Я Смотритель.

Дэгс нахмурился.

Он попытался припомнить книги, которые читал, когда впервые прошёл через Изменение, многочисленные часы, посвящённые чтению в попытках понять, что с ним случилось.

— Но это ведь ангел, верно? — сказал он после паузы. — Разве Смотрители — не падшие ангелы?

Вероника выдохнула, её голос и выражение лица сделались почти скучающими.

— Как обычно, люди понимают всё или наполовину правильно, или вообще неправильно, — сказала она.

— Так что правильно? — настаивал Дэгс. — Что ты такое?

— Мы то, что можно назвать меньшими ангелами, брат. Или, точнее говоря, ангелами с другим предназначением. В нашем мире мы отличаемся от падших, хотя, полагаю, можно сказать, что мы имеем схожие цели.

Дэгс нахмурился.

— Что это означает?

Вероника слабо улыбнулась, поднимая пистолет выше.

— Правда, очень жалко, что ангелы не могут убивать других ангелов. Даже низший Смотритель вроде меня, — Вероника усмехнулась, не сводя пистолета с Дэгса. — Как только ты пробудился, я уже практически ничего не могу делать, чтобы прикончить тебя, брат. Хотя пули — это вовсе не весело. Особенно пуля в лицо…

Она изменила прицел пистолета, наведя его на пах Дэгса.

— …или в другие… чувствительные… части тела.

Дэгс почувствовал, как его челюсти сжимаются.

— Если не можешь убить меня, зачем приносить пистолет?

Ухмыльнувшись, она пожала плечами.

— Как я и сказала, получить несколько пуль в грудь — это всё равно чертовски больно, — она во второй раз перевела пистолет, прицелившись в Феникс. — И я практически уверена, что могу убить её, поскольку она не пробудилась.

Её ухмылка сделалась ещё шире, когда она навела оружие приблизительно на Азию и Карвера.