Он наградил её жёстким взглядом.

— Ты знаешь, почему, Феникс.

Воцарилось молчание.

Затем её лицо залилось краской.

Он различал это даже в ночи на подъездной дорожке, где она освещалась лишь окнами и неоново-розовой подсветкой по периметру дома. Он не видел её ауру, даже намёка на неё, но каким-то образом заметил её румянец с расстояния трёх метров.

— Нам надо поговорить… — начала Феникс.

— Нет, — перебил Дэгс. — Не надо.

Она стояла там, уставившись на него.

И снова он буквально видел исходившее от неё раздражение.

— И что, на этом всё? — она стиснула зубы, скрещивая руки на груди. — Ты просто исчезнешь? Мы больше никогда не увидимся? Таково твоё решение проблемы?

— Да.

Злость ещё заметнее расцвела в её глазах.

Не просто злость. Обида.

Глядя на неё, Дэгс ощутил прилив жара, наполнивший его грудь.

— С чего тебе хотеть этого? — прорычал он, и его собственное раздражение вскипело, когда он показал на дом. — Вы с Азией можете рассказывать себе какие угодно сказочки про меня, но правда в том, что Карвер не ошибается. Плохие вещи находят меня. Людям вокруг меня приходится страдать…

— Почему? — потребовала Феникс, крепче скрещивая руки. — Хотя бы помоги мне понять. Ты не плохой человек, Дэгс. Я это знаю.

Он уставился на неё.

По какой-то причине её слова искренне выбили его из колеи.

После затянувшейся паузы он снова выдохнул.

— Я не могу объяснить это, Феникс. Я не могу помочь тебе понять. Просто вот так дело обстоит для меня. Так стало сразу после Изменения. И как бы мне ни было ненавистно это признавать… Карвер прав. Если мы продолжим проводить время вместе, я лишь разрушу твою жизнь.