– Я не всегда ненавидела ее, – шепчет она.

Я молчу, ошеломленный ее внезапной переменой. Она будто бы уходит в себя, опуская плечи вперед.

– Я полюбила ее в тот момент, когда впервые увидела, – продолжает Трис. – Я была очарована ею. Так же как и ты сейчас. Она была самым красивым существом, которое я когда-либо видела. С волосами розовее, чем у меня. С губами, похожими на бутон розы, всегда так по-доброму улыбающимися. Смотря на нее, я видела все, что любил в ней Эдмунд. То, что все в ней любили. Астрид была такой очаровательной и грациозной. И такой невероятно… привлекательной.

Запах Трис усиливается, когда она возвращает себе некое подобие своего холодного самообладания.

– Я восхищалась тем, какой милой она была. Как легко все тянулись к ней. Эдмунд души не чаял в своей дочери. Как мой муж, он отказывался принимать любые почести, если я не окажу такой же чести и Астрид. Я сделала ее принцессой, чтобы он согласился стать моим королем. Я построила для нее трон, чтобы он взошел на свой.

Мой взгляд падает на два хрустальных трона сразу же за троном королевы. Интересно, просил ли мистер Сноу поставить их по бокам от трона Трис, вместо того чтобы расположиться позади нее. Полагаю, правительница Весеннего королевства не позволила бы Астрид занять равное ей положение.

Трис вздергивает подбородок.

– Пусть Астрид и была мила со всеми, я видела ее темную сторону. Она была надменной. Вела себя так, будто была лучше остальных. Лучше меня. Никто этого не замечал. Эдмунд мне не верил. Всякий раз, когда мы говорили об Астрид, казалось, что мы обсуждаем разных людей. Что касается самой Астрид… Она очаровывала окружающих, но определенно невзлюбила меня. Она вела себя так, словно была королевой Фейрвезер, требовала к себе любви и уважения, переманивала на свою сторону моих людей. Даже моего племянника, которому после разбила сердце. Вот почему я начала ненавидеть ее.

Я понимаю, почему Астрид считает свою магию проклятием, почему думает, что даже положительные впечатления настраивают людей против нее. Когда мы говорили о мадам Дезире, Астрид сказала, что все заканчивается плохо, когда в деле замешана зависть. Тогда лучшие качества человека, отраженные в зеркале, в конечном итоге вызывают негативные чувства.

Мое сердце болит при мысли об этом. Астрид приходилось сталкиваться с подобным всю ее жизнь. И никто, никто не видел настоящую Астрид. Кроме ее отца. И меня.

Первый мертв. А второй скоро к нему присоединится.

Ярость вспыхивает в моей груди, побуждая правду сорваться с моих губ.

– Ты ошибаешься насчет нее.