Николас нагнулся вперед, опираясь локтями на колени.
– Расскажи нам о Мастере.
Беспокойство на лице Мадлен тут же сменилось страхом.
– Я-я не могу.
– Нет, можешь. – Я едва сдерживалась, чтобы не накричать на нее. – Почему ты защищаешь его?
– Я не защищаю его. Вы не понимаете. – Она начала вышагивать перед окном. – Я не могу рассказать, потому что не знаю, кто он.
– Ты лжешь. За день до убийства отца ты навещала друга в Портленде и сказала ему, что знаешь о Мастере.
Мадлен замерла на месте и уставилась на меня.
– Дзиро Ито? Откуда ты знаешь о нем?
– Его сын Дэвид был там и подслушал ваш разговор. Ты сказала, что знаешь личность Мастера, и тебе нужны деньги, которые он хранил для тебя, чтобы ты могла исчезнуть.
– Сын Дзиро был там? – Она покачала головой. – Он неправильно все понял. Я сказала Дзиро, что Мастер преследует меня лишь потому, что я видела его, но мне неизвестно, кто он.
Я скрестила руки на груди.
– Это какая-то бессмыслица. Если ты его видела, то сможешь хотя бы описать. И как вообще ты смогла увидеть его и понять, что это Мастер?
Мадлен казалась испуганной, когда вернулась в кресло.
– Я приехала в Нью-Йорк навестить Адель, которая открывала там новый ночной клуб, и оказалась на вечеринке в Верхнем Ист-Сайде. Я… – Она сглотнула, вцепившись пальцами в подлокотники кресла. – На вечеринке со мной кое-что произошло. В одну минуту я пила, а в следующую очнулась в клетке в подвале незнакомого мне дома. Повсюду были вампиры, но никто из них не разговаривал со мной, пока не пришел вампир по имени Элай. Он насмехался надо мной, дразнил, что я новая игрушка Мастера. Услышав слово «мастер», я поняла, что мне конец.
–
– Через несколько часов меня отвели наверх для встречи с Мастером. Я помню, как вошла в комнату и увидела его сидящим у камина. Помню каждую минуту, как он на протяжении двух дней пытал меня. Помню, как мечтала умереть. Но ничего не могу вспомнить о нем.
Страх в ее голосе был настоящим, словно она заново переживала те ужасные мучения.
– Мне жаль. – Независимо от того, какие чувства я испытывала к ней, никто не заслуживал подобного. – Они накачали тебя наркотиками, чтобы заставить все забыть?