– Или?

– Король чего-то ждет. Если бы ожидал вас, то принял бы и письмо, и вас саму. Но он безмолвствует. И это настораживает больше, чем прямые обвинения. И я совершенно не знаю, что делать. Я бы провел собственное расследование, но опасаюсь, что это истолкуют не в нашу пользу. Менее всего мне хочется, чтобы меня обвинили в том, что я запугиваю кого-то или пытаюсь избавиться. Лучшее, что сейчас можно сделать, это ждать.

Подумав немного, я вскинула на его сиятельство взор и отрицательно покачала головой.

– Ждать, пока Гарда отправят на плаху, или же пока нас покроют позором и изгонят прочь? Я не могу допустить такого, дядюшка! – Я вдруг испытала прилив негодования. – Я не могу позволить уничтожить нас! А как же Амбер? Как же все остальные? Род Доло служил королям Камерата многие поколения. Я не помню герцогов Ришемских, но знаю Алгерта Доло – военачальника и политика, который принес немалую пользу королевству. А еще знаю Тьерна Тенериса-Доло, отличившегося в битве при Ванлиге. И знаю Вигера Мадести-Доло, выигравшего дипломатическую баталию за Слеттинские земли у Саммена. Без единого выстрела и кровопролития! И знаю Энтина Фристен-Доло, благодаря которому к Камерату было присоединено побережье Тихого моря. И произошло это четыреста лет назад, когда Стренхетты были так же далеки от королевского трона, как и Гард от звания отравителя.

– Ришемы неплохо защищали южную границу и лишились большой части своих земель во время набегов, – улыбнулся дядюшка. – Но вы правы, история неумолима, и пока Ришемы теряли, род Доло добывал для Камерата новые земли.

– Тогда почему мы должны уйти с позором, когда наш род доказал, что принес немалую славу своим правителям? Наша верность, наша кровь и наши жизни всегда принадлежали Камерату, и Камерат не смеет отворачиваться от нас!

– Но не кричать же нам об этом под окнами короля, – усмехнулся его сиятельство.

– Попробуем подобраться со стороны двери, – ответила я. – Не зря же я столько времени посвятила спиллу. Поглядим, сдержит ли обещание помощи наш тайный друг. – Граф вопросительно приподнял брови, и я пояснила: – Сикхерт.

– Попытаться стоит, – задумчиво кивнул дядюшка.

И я попыталась. Моя охота на главу дворцовой стражи была короткой. Недолгий разговор Тальмы с одним из стражников увенчался успехом, и он взял у нее записку для графа Сикхерта, пообещав передать из рук в руки без лишних глаз. И когда я пришла в уединенную часть парка, где назначила его сиятельству встречу, он уже ждал меня там. Мой пытливый взгляд прошелся по его лицу, но единственное, что я увидела, было сочувствие и улыбка, немного грустная, но все-таки приветливая.