– Подождите, прошу вас! – воскликнула я. – Вы сказали – бесплодные поиски?

– Именно, – мрачно кивнул Элькос. – Я не могу найти мага, который виновен во всех этих деяниях. Мне не дозволено вмешиваться в сознание неодаренных, даже подозреваемых, чтобы узнать правду. Но мага я определю непременно. Любой маг оставляет свой характерный след, который невозможно подделать или исказить. И тогда я смогу провести допрос как одаренный одаренному. Закон этого не запрещает, напротив, каждый маг Камерата подчинен мне, а потому обязан открыться. А если противится, то я вскрою его сознание силой. Что до неодаренных, то подобное вмешательство допускается лишь в случае доказанной вины. Барон Гард пока магическому воздействию не подлежит. Государь высказался по этому вопросу предельно ясно.

– О Хэлл, – я прижала ладонь к груди, осознавая, что вину Фьера еще не считают доказанной, несмотря на то, что на ней настаивают следователи. Но тогда… – Государь не верит своим следователям?

Магистр усмехнулся и скосил на меня глаза.

– Дело касается вас, дорогая, потому он осторожничает. Из этого я делаю вывод, что вы стали ему дороги. Только это спасает барона от допроса с магическим воздействием, да и от физических воздействий тоже. Его допрашивали, но без применения пыток. Более того, на мой взгляд, Его Величество имеет собственные соображения об этой истории. Наш король умен и прозорлив, поэтому видит и выгоду герцога от устранения герцогини, главы вашего рода и лично вашего. Я этого не допущу, и если уж придется, то настою на допросе тех, кто давал обвинительные показания.

Я слушала его и покусывала губы, решая, стоит ли выдавать Фьера с его расследованием или же промолчать и искать того, кто сможет проверить догадку про ведьму.

– Я хорошо знаю этот взгляд, – усмехнулся Элькос. – И вот это покусывание губ. Говорите, Шанни.

И я решилась.

– Допросите конюха Логнера и его сестру – горничную, она служит графине Хальт. Это ведь они? – я остановилась и заглянула в глаза мага, взор которого вдруг стал непроницаемым. – Они свидетельствуют? Вы сказали о конюхе…

– Нет, – сухо ответил Элькос. – Другой конюх. А теперь пояснения.

И я рассказала ему то, что передал Фьер. И пока я говорила, маг, остановившийся в самом начале моих откровений, скрестил на груди руки, отвел взгляд и слушал. Что он думал в этот момент, мне было неведомо, но надеялась, что Элькос сможет использовать полученные сведения и поможет всем нам отмыться от той грязи, в которую нас окунули. И когда я закончила свой недолгий рассказ, магистр посмотрел на меня и кивнул: