— Вернулся, ты вернулся, — засмеялся Элрик.

— А как иначе, — Ратмир обернулся к наставнику, и магистр не удержался и, шагнув ближе, крепко обнял принца. Чувствуя под руками тепло его тела, крепость мышц и костей, старый маг наконец-то успокоился и выдохнул. Решив, что видение боли было ошибочным.

— Нам пора домой, — обратился принц к магистру. — Надо освободить семью Рури и ее саму из рук Ле Вильмонов, остановить Лесара. Вы ведь нам поможете? — Рэтмир оглянулся на Оракула.

— Да, Ваше Высочество, — кивнул старик. — Мы откроем портал, как только вы поедите и освоитесь после переноса. Наши люди проводят вас. Думаю, стоит переодеться и вооружиться.

— И обсудить план действий! — заметил магистр. — Не забывайте, Ваше Высочество, вы теперь из плоти и крови, и рисковать вашей жизнью я вам не позволю.

Принц засмеялся, а большие двери, ведущие из зала, распахнулись и один из прислужников пригласил следовать за ним.

— Элрик прав, — неожиданно заметила Оракул, как только мужчины вышли, — порой Рэтмир действительно ведет себя как идиот!

— Не ворчи на мальчика, он впервые влюбился. Я бы тоже не стал рисковать жизнью и свободой своей любимой.

— А по мне, в такие моменты надо быть вместе, и преодолевать все трудности рука об руку. Разлука ничего не приносит, кроме боли и печали. Он практически разбил ей сердце.

— Сама виновата, не стоило дарить девочке прозрение. Подумаешь, поморгала бы чуток и решила, что исчезновение ей просто привиделось.

— Сам не ворчи. История запущена, и теперь только от них зависит, чем все кончится.

— Согласен. Как там Ле Вильмоны?

— Герцог узнал о возвращении сына, торопится в замок.

— Подгадаем приход Рэтмира во время их теплой встречи?

— Если Рэтмир будет готов. Мне не нравится, что ты подверг семью Рури террору этого взбалмошного мальчишки Кристана. Имей в виду больше рисковать ими я тебе не позволю.

— Да понял я, понял. Не ворчи. Лично присмотрю за ними. Всеми.

Глава 35

Глава 35

Ника проснулась поздно. Несмотря на долгий сон, девушка чувствовала себя разбитой. Вставать не хотелось, каждое движение причиняло чуть ли не физическую боль. Но, вспомнив слова бабушки: «Движение — это жизнь!», всё же пересилила себя и села в кровати.