— Может, это потому, что у меня богатое воображение? — Ника улыбнулась. — Когда я была маленькой, то много фантазировала. Представляла себя спасателем и чудо-женщиной. А сейчас это все вспоминается и пробуждает желание всем помочь, ведь здесь и сейчас я действительно могу это сделать.

— Те, кто хотел спасти весь мир, быстро умирали, — мрачно заметил Нолан.

— Я не спасаю весь мир, — заметила спокойно Ника, — я помогаю тем, кого вижу. И пока не встречаю с этим трудностей.

Они замолчали, когда сверкающий огонёк подвел их к лестнице, что вела в подвалы. Нолан вышел вперед, намереваясь избавить девушку от проблем с ловушками и защитными заклинаниями, но ее магия расходилась волнами вокруг и глушила все. Убойные заклинания осыпались темным пеплом, ловушки съеживались тонкой паутиной, и Нолан просто стряхивал ее на пол.

В его голове крутилась мысль, что озвучила девушка. Не разочаровываться в добре. Верить, что есть такие люди, как она. Греться в их искренних эмоциях и стараться сберечь их. От этих мыслей Нолан расправил плечи, улыбнулся и пошел дальше уже более спокойно. Указывая на скрытые переходы, Оракул все же не пускал Нику вперед, нутром чувствуя, что в этих коридорах не безопасно, и дело даже не в магии, а людях, что могли затаиться в скрытых нишах.

Девушка затихла. Ступая за Ноланом, она прислушивалась к коридорам. Тишина в них была обманчива. Ей слышались отголоски разговоров, полные боли и гнева, ей слышались мольбы о помощи, она ощущала чужой гнев и ярость липкой прохладой, оседающей ей на одежду, заставляя её зябнуть. Мир вокруг нее был живым, полным энергии и чувств, и девушка понимала, что вновь теряет равновесие, что подарил ей Нолан. Она уже хотела окликнуть парня и попросить так же гармонизировать ее, как её взгляд зацепился за дверь. Голубой орнамент магии Оракулов запечатывал ее, но она узнала ее. Вспомнила, что за ней, и застыла, понимая, что не в силах пройти мимо, чтобы не завершить историю, что была сокрыта за печатью.

Глава 40

Глава 40

Замок Ле Вильмонов

Лесар открыл портал в хранилище. Тут находились целые кристаллы с запечатанными Оракулами и остатки экспериментов герцога Адриана. Покореженные, расплавленные, расколотые кристаллы в большом количестве лежали, стояли у стен и вокруг колонн. Путанные мысли тех, кто так и не смог вырваться на свободу и застрял на середине сна и яви. Он слышал их мысли, их мучения, их гнев и боль. Он был причастен к их страданиям. Подчиняясь воле герцога, пытался освободить их, но раз за разом терпел неудачу и лишь преумножал страдания своих соплеменников.