Хотя, Нолан осознал, что они действительно провели рядом не один год. Он в кристалле, а Кристан в плену своего дома. На коротком поводке у своего отца, и даже будучи заточенным, Нолан, видя, как Кристану живется, не желал меняться с ним местами.

Сын герцога был полон ярости и ненависти к отцу, он бросал в него заклинания, и Адриан легко уворачивался от них. Он дразнил и злил сына, называл его никчемным, глупым, слабым, бестолковой марионеткой, что даже не смогла удержать корону.

— Не слушай его, — закричал Нолан, понимая, чего добивается герцог. — Он злит и провоцирует тебя. А как только ты вымотаешься, просто добьет.

Герцог тут же атаковал Оракула, тем самым подтверждая его слова, и Кристан замер. Было видно, как он пытается усмирить свои чувства, взять под контроль ситуацию, и Нолан решил выиграть для него время. Защита встала между ним и отцом, давая парню передышку. А Оракул, понимая, что так и не освоил смертельные заклинания, всячески отвлекал герцога от сына. Он путал его заклинания. Заставляя ошибаться в их создании, заставлял спотыкаться, заикаться, создавая порталы, ловил им выпущенные заклинания и перенаправлял их обратно в герцога, и когда в бой вернулся Кристан, все изменилось.

Больше не было нервного импульсивного юнца, на смену ему пришел спокойный, рассудительный противник, и герцог почувствовал эту разницу. Хотел снова рвануть в портал, но Кристан опередил его. Проведя серию огневых атак, он нарушил портальное заклинание и оглушил герцога.

Наступила тишина. Герцог валялся на земле, а Нолан и Кристан замерли, не веря, что этот человек все же проиграл. Оракул отмер первый, осмотрев тело герцога и убедившись, что он жив, спеленал его по рукам и ногам, лишая малейшей возможности пошевелиться самостоятельно. Герцог принес много мучений его соплеменникам, и этого Оракул простить не мог, но и судьёй выступать не собирался. Когда герцог был готов к транспортировке, Нолан обернулся на Кристана, тот хмурился и не спускал с него взгляда.

— Я готов, — наконец заявил он и выпрямился, расправляя плечи.

— К чему? — Нолан удивленно смотрел на парня, не понимая, что от него хотят.

— Можешь ударить, убить. Я же знаю, ты хочешь этого.

— Ничего ты не знаешь, — нахмурился Нолан. — Ни один Оракул не любит насилия. Хочешь страданий? Тут я тебе не помощник.

— Но Лесар, — хотел было возразить Кристан.

— Лесар — порождение твоего отца и всех тех, что пленили его. У него есть выбор, каким быть, как и у меня. Он сделал свой, я свой.

— После того, как та девушка выпустила тебя, я думал, ты будешь последним, кого я увижу в своей жизни.