Горничная привела в небольшую комнату на втором этаже, после чего меня наконец оставили одну. Я облегченно выдохнула и осмотрелась. Это была спальня с окном, выходящим в сторону озера. Кровать, тумбочка, кресло и шкаф – по гостиничному безлико, но большего мне и не нужно. Искренне надеюсь, что надолго задерживаться здесь не придется.

Разложив вещи по полкам, я прилегла на кровать и задумчиво уставилась в потолок. Интересно, что будет дальше? По идее, меня продолжат обрабатывать, чтобы совсем расшатать психику и… и отправить на опыты. Значит, нужно пить антидоты лена Олгута, не снимать артефакты и держать ухо востро.

Лежать мне быстро надоело. Я проверила сообщения в смарте, отписалась «Любимому братцу» и решила прогуляться по дому. Конечно, на полноценный обыск я не решусь, этим пусть Риан занимается, но можно хотя бы прикинуть, где и что тут находится. Вдруг наткнусь на что-нибудь интересное?

В доме было так же тихо, как и раньше. Складывалось впечатление, что кроме Вейна Хартингтона тут никто не живет. Выходящие в темный коридор по соседству с моей комнатой двери оказались заперты, в чем я убедилась, когда на пробу дернула одну из ручек. А оставшаяся на пальцах пыль сказала о том, что, во-первых, их давно не открывали, а во-вторых, здесь пренебрегают не только уборкой, но и бытовой магией.

По боковой лестнице я спустилась на первый этаж, оказавшись на развилке. Одна из дверей выходила в сад, вторая вела вглубь дома. Решив, что сад, кстати, очень запущенный, я могу осмотреть и потом, свернула налево. Нашла небольшую библиотеку, бильярдную с накрытым тканью бильярдным столом, комнату с камином.

Тихо, безлюдно, темно… Тут бы открыть окна, впуская свет и свежий воздух, стереть пыль, почистить и отполировать мебель – получился бы прекрасный дом в немного старинном стиле, просторный, уютный. А на него как будто махнули рукой, признав безнадежным. Превратили в лабиринт из мрачных коридоров и комнат. И кажется, что в нем за очередным углом подстерегает голодное чудовище, желающее тобой отобедать…

Дойдя до гостиной, где все еще сидел Хартингтон, тихо свернула в холл, чтобы не тревожить его. Столовая и кухня, где что-то аппетитно шкворчало, были мне не так интересны, поэтому я снова поднялась наверх, но уже на третий этаж. А там наткнулась на галерею.

Это был не слишком длинный коридор, явно ведущий к той самой боковой башне. Справа шел ряд узких окон, выходящих на сад, а на стене слева висели картины. Я подошла поближе, рассматривая их. Это не были шедевры мастеров Золотого века или Вольтанской школы живописи, стоящие миллионы. Не мрачные торжественные полотна вроде тех, что висят в холле. Неизвестный художник изобразил самые простые вещи: вазу с цветами, яркий розовый куст, закат на озере. Но сделал это так красиво, нежно и воздушно, что я глаз не могла оторвать. Судя по стилю, это было делом рук одного и того же человека, явно местного, потому что на одной из картин я узнала набережную Келтона. Может это нарисовал Вейн Харингтон? Или кто-то из его родных, например, жена?