– Ты сможешь, – мягкий голос Курта обволакивал и убаюкивал. Он был чист и наполнен искренними чувствами. – Ты сильна, как Дира. В тебе ее сила, ее мощь.

– Илая, послушай меня. Ваху лжец и предатель. Он скажет сейчас все, что угодно, лишь бы ты оставила его в живых. – Илая, все еще не открывая глаз, слегка повернула голову на голос Сии и сердце ее пронзила боль. Слова женщины витали в сознании и казались черными. Их будто обволакивала гниль. – Он никогда тебя не любил!

Глаза девушки распахнулись и вся горечь, что она сейчас испытывала, отразилась на лице. Она смотрела на Сию и больше не сомневалась. Женщина еще мгновение присматривалась, а потом все изменилось.

– Что ж, – пожала плечами она. – Я попыталась.

Сия усмехнулась и подняла руку, сделав ею легкий взмах. Вокруг нее заклубился темный вихрь, который на миг скрыл ее от глаз присутствующих. Стоило вихрю исчезнуть, как перед ними возникла уже совсем другая женщина. Она была облачена в темно синее, почти черное платье, украшенное россыпью звезд. Платье длинное и легкое, обтягивало фигуру, подчеркивая ее красоту. Высокий воротник, обвивающий шею, делал ее заметно длиннее. Ослепительно белая кожа уже не выглядела болезненной. Ее шелковистость и свежесть, представляла Сию гораздо моложе и прекраснее. Мощь, которую излучала женщина, невозможно было постичь. Перед ними стояла темная колдунья.

XXVII

XXVII

– Сия…, – выдохнула Илая, понимая, что все ее подсознательные надежды рухнули.

Перед ней уже стояла не та ласковая женщина, которая гладила ее по волосам и утирала горькие слезы. Илая привыкла видеть Сию ослабленной и почти всегда болезненно бледной. Темная колдунья, которой стала подруга ее матери, выглядела потрясающе. Сила, исходящая от нее вызывала мурашки и ощущалась во всем зале, словно воздух дрожал от напряжения. Девушка обернулась и заметила те же изумленные выражения на лицах магов клана Каллима. В зале стало тесно. Илая смотрела на них и понимала, что сердится. Столько лет они были слепы ко всему, что происходило. Они принимали Ваху и его порядки, не желая самостоятельно решать свою судьбу. Ее народ походил на призраков, хотя даже духи до последнего сопротивляются. Маги чуть ли не самый сильный народ Талимана, но допустил подобное и сейчас так же безмолвно взирают на женщину, которая почти уничтожила их дом. Илая сравнила их с овцами, которые покорно идут за пастухом. Гнев, жуткая боль и обида сдавили сердце.

– Зачем? – тихо спросила девушка, поворачиваясь к Сие.

– Зачем? – прогремел гневный голос колдуньи, и она резко вскинула руку. За спиной у Илаи раздался сдавленный хрип. Ваху схватился за сердце, лицо его стало серым. Лита бросилась к отцу, но Сия опередила ее. – Стой, девочка! Даже не вздумай сделать еще хоть шаг. Я раздавлю сердце твоего отца, прежде чем ты даже подумаешь о его защите.