Не прошеные слезы покатились по щекам Илаи, но она не отвела глаз от хмурых грозовых туч во взгляде колдуньи. Девушка чувствовала, как содрогается ее тело, как разрывается от боли голова, но душевные страдания оказалась сильнее. Илая сильнее ощущала нетерпение душ, удерживать которые становилось все труднее. Она слабела, а призраки напротив, становились сильнее, питаясь ее тоской.

– А потом я влюбилась! – Лицо Сии приобрело землистый оттенок, а кривая улыбка исказила прекрасное лицо. Она развернулась и посмотрела на Курта. – Я увидела его, когда мне было шестнадцать лет, и поняла, что он завладел моим сердцем. Курт был красив и статен, его мужественность и доброта лишили меня покоя. Но я не осмелилась никому об этом рассказать.

Колдунья бродила вокруг мужчины и водила кончиком пальца по его груди. Глаза Курта полыхали яростью, но он ничего не мог сделать, оставаясь неподвижным.

– Не трудись, милый, – усмехнулась колдунья. – Сейчас ты в моей власти. – Она повернулась к Илае и продолжила. – Я молчала о своих чувствах, опасаясь гнева сородичей, ведь любовь к человеку была под запретом!

Последние слова она сказала с нажимом и с проскользнувшей сквозь гнев давней болью. На миг ее глаза стали печальными, и внезапная жалость пронзила сердце Илаи. Сия некоторое время молчала, словно собиралась с силами, и в этот момент девушке показалось, что перед ней снова та самая женщина, которая любила и оберегала ее. Может еще не все потеряно? Может можно еще вернуть ее, ту самую Сию?

– Спустя два года, Дира поехала на совет вместе с отцом. – Голос колдуньи звучал отстраненно, она погрузилась в воспоминания. – Они провели там неделю, а назад уже вернулась совсем другая девушка. Она сияла и будто порхала над землей. – Сия горько усмехнулась, а глаза оставались неподвижными. – Дира в юности не умела хранить свои сердечные тайны и к тому же доверяла мне безоговорочно. Она рассказала, что встретила юношу, который стал для нее целым миром. Она влюбилась и не представляла своей жизни без него. И это было взаимно. – Женщина перевела свой взгляд на Илаю и скулы ее напряглись. – Когда она сказала мне кто он, я впервые ощутила острое желание задушить ее. Я представляла, как сожму ее горло своими собственными руками и буду слушать каждый последний хрип и наблюдать, как жизнь уходит из нее.

Слезы Илаи побежали быстрее, и она ужасалась тому, что ненавидела эту женщину и искренне жалела ее. Сия говорила ровно, без злости, но в каждом ее слове сквозила боль.

– Твоя мать забыла обо всех страхах, считая, что подобная любовь просто не может быть под запретом. Они с Куртом стали тайно встречаться. И знаешь, кого она просила прикрывать ее? – В глазах колдуньи не осталось и следа от горечи, только обжигающий лед ненависти. – Меня! Она просила меня, помогать ей, ускользать на свидания.