Пётр всё-таки не удержался и купил небольшой телевизор, или, как его здесь называли, дальневизор, на 35 сантиметров по диагонали. Так как Пётр оплатил сразу всю сумму, он получил в подарок от владельца портативный радиоприёмник-будильник и бесплатную доставку.
Спустя час, телевизионный приёмник, покоящийся на четырёх длинных ножках, радовал глаз цветными кадрами, а в платяном шкафу висели купленные сегодня обновки. Парень с удовольствием вытянулся на диване во весь рост, давая отдых натруженным за сегодня ногам.
По телевизору шла интересная юмористическая программа, где два чудика в стиле Тарапуньки и Штепселя развлекали зрителей незамысловатыми на взгляд Петра шутками. Присутствующая в студии публика встречала дружным смехом практически каждую реплику комиков.
Когда комиков сменил народный танцевальный ансамбль, Петр последовательно переключил тумблер смены каналов и насчитал всего шесть телевещательных компаний, включая одну новостную. Послушав свежие новости, он остановился на фильме, анонсированном в недельной телевизионной программке, купленной в газетном ларьке.
Пётр, по завязку набегавшись сегодня по городу, заснул на середине кинофильма. Проснувшись через час от того, что рука затекла из-за неудобной позы, парень полусонный выключил телевизор и доковылял до спальни, где разделся, сбрасывая одежду прямо на пол и юркнул под одеяло в холодную постель мгновенно проснувшись от обжигающей стужи. Изрядно повибрировав от дубака не прогретой постели, он уснул только где-то через пол часа, пока не согрелся и дрых, не просыпаясь, до утра.
Глава двадцать седьмая
Глава двадцать седьмая
Надувная моторная лодка, монотонно гудя мотором, километр за километр поглощала просторы Вилюй реки, буксируя за собой такую же надувную лодку, загруженную оборудованием, запасом одежды, горючего и съестными припасами. Однообразие пейзажа якутской тайги, проносящейся по обе стороны реки, изредка нарушали лоси, олени или любопытные медведи, выходящие на открытые пойменные луга или плёсы. Стояла первая половина мая, и река только очистилась ото льда, но половодье ещё не спало. Редкие льдины, последние свидетели долгой студёной зимы, иногда стремительным тараном неслись навстречу и каравану приходилось уворачиваться от бело-серого снаряда, опасного для резинового брюха лодок. Немалую опасность представляли оторванные с корнем стволы деревьев. Иногда приходилось жаться вплотную к берегу, чтобы пропустить мимо очередного низвергнутого великана, спешащего вниз по течению и растопырившего широченные лапы-ветви почти на ширину фарватера реки.