– Очень вкусно. Должен сказать тебе спасибо. У меня возникло нехорошее предчувствие, когда Нефертари уехала с тобой в Лондон, но теперь мне кажется, что вы можете помочь друг другу.

Девушка хмурится, но прежде чем успевает спросить у брата, что тот имел в виду, на кухне появляется Гарольд.

– Думаю, пора? – осторожно осведомляется он. – День был длинный.

Малакай кивает.

– Спокойной ночи, – медленно проговаривает он, как будто эти два слова отняли у него последние силы.

Чистейший, неподдельный страх светится в глазах Нефертари, когда Гарольд его увозит.

– Я тоже рада, что поехала с тобой. Ты подаришь ему необходимое время, – тихо, но стальным голосом произносит она. Это не просьба, а напоминание о нашей сделке. Как будто я мог о ней забыть.

Вот и настал подходящий момент признаться, что я не смогу выполнить обещание. Что это не в моей власти.

– Боюсь, десерт нам придется есть одним… и ты опять получишь две порции, – вместо этого говорю я.

На ее губах мелькает слабая улыбка, и страх на мгновение пропадает из глаз.

– Сначала мы вместе уберем со стола, и на сей раз ты не отвертишься.

– Конечно, нет. Всегда мечтал самостоятельно положить свою грязную посуду в посудомойку.

– Значит, великий момент настал, – поддевает она.

Мы наводим порядок, после чего я карамелизую крем-брюле, а Нефертари наливает нам вино и готовит две чашки кофе. Все это время она расспрашивает меня о дружбе с Сетом. Столько лет прошло, что я и сам почти о ней забыл.

– Мы были молоды, – в какой-то момент пытаюсь отмахнуться я. – А в молодости не задумываешься о многих вещах, а потом вы взрослеете, и мнения расходятся. Как у людей, так и у бессмертных. Сет считал, что сотворение человека было ошибкой.

– А как считал ты?

– Меня люди не волновали, – пожимаю плечами. – Я предпочитал никогда не покидать Атлантиду.

– Тем не менее ты сражался с Иблисом и Аль-Джанном, которые вместе со своими демонами, скорее всего, уничтожили бы мир. Ты поддерживал Сета, а он тебя спас. Что произошло потом? Почему вы поссорились?

– Он выступил против аристоев, чего я не смог ни понять, ни принять. Это было неправильно.

Мы переносим формочки с десертом и вино и садимся.