– Ну раз настаиваешь. – Я протягиваю ему рюкзак. – Исрафил, он какой? – интересуюсь, не желая молча шагать рядом с ним.

– Он высший ангел, – откликается Сет, как будто такого объяснения вполне достаточно. – Высший ангел с минимумом предрассудков и максимумом толерантности. Своей свободой я отчасти обязан ему.

– Он за тебя вступился? – Двери лифта раскрываются, и мы заходим внутрь. Сет не отвечает, пока мы не покидаем кабину на последнем этаже, а все не расходятся по номерам. Он провожает меня до моего. Хотя Азраэль остался в лобби, Гор не спускает с нас глаз.

– Исрафил стал единственным из ангелов, кто поговорил со мной и выслушал мою версию событий, – объясняет Сет, когда мы замираем перед дверью.

– А эта версия, как я полагаю, отличается от официальной.

Сет опускает мой рюкзак.

– Я не утверждал, что абсолютно невиновен в произошедшем. – Свет в коридоре немного тусклый, так что мне плохо видно его глаза. – И может, я правда заслужил наказание, но… – он делает паузу, – дольше я бы не продержался. – Голос Сета звучит так же опустошенно, как он, должно быть, чувствовал себя на протяжении всех этих веков. – Мне казалось, я достаточно искупил свою вину. Это Тот послал ко мне Исрафила. За это я в вечном долгу перед ним. Поэтому и предложил помочь Азраэлю искать регалии. Не знаю, получится ли у нас, но я тоже мечтаю вернуться домой.

Едва двери лифта разъезжаются, рядом с нами появляется Азраэль. Он снова движется с нечеловеческой скоростью.

– Иди в свой номер! – рявкает он на меня.

– Что-что? – выгибаю я бровь.

– Ты меня поняла. Не составишь мне компанию, Сет? Мне нужно с тобой поговорить. С глазу на глаз.

– Если я не приду на ужин, значит, он меня убил, – улыбается бог. Шутливый тон не может скрыть тот факт, что он произносит эти слова на полном серьезе.

– Не будь смешным, – парирует Азраэль. – Я не подлый тайный убийца. Это твоя роль.

Сет лишь кивает, а потом следует за ангелом. Мне никак не удается соотнести вежливого, сдержанного мужчину с чудовищем, которым его описывает Азраэль и которым изображают легенды. Однако я не настолько наивна, чтобы думать, будто все это абсолютная клевета. Я еще на какое-то время задерживаюсь в коридоре, но криков не слышно и никто не швыряется мебелью. К сожалению, я не успела заметить, за какой дверью скрылась Кимми и с кем. Чуть позже напишу ей. Впервые в жизни мне становится понятна чрезмерная опека тети Фионы. Никогда больше не буду над ней смеяться. Я заношу рюкзак в номер, который – если такое возможно – оказывается еще роскошней, чем в «Rosewood», и сообщаю Малакаю с Гарольдом, что мы благополучно прибыли. Затем готовлюсь к ужину. На дне рюкзака все-таки обнаруживаются два платья. Одно из них я надену сегодня вечером и хорошо проведу время. Я в любимом городе, в потрясающем отеле вместе со своей кузиной и не позволю испортить себе вечер из-за того, что неправильно воспринимала сигналы одного мужчины.