– Нравится, да?

Она кивает.

– А мне разрешат остаться, если я попрошу об этом Саиду?

– Спроси у нее. Она может подарить тебе одну ночь, если это твое самое сокровенное желание. – Я наклоняюсь к ней: – Джинны спасли часть книг из Александрийской библиотеки. Так что больше тебе не придется оплакивать их потерю.

– Почему ты мне в прошлый раз не рассказал? – Она бьет меня в бок и, очевидно, уже не очень сильно злится.

– Тогда я еще недостаточно хорошо тебя знал. – Я кладу ладонь ей на спину, не в силах противиться желанию дотронуться до нее, и подталкиваю вперед. – Как тебе в женских покоях?

– Исида первым делом всполошила всех остальных обитательниц. Судя по всему, она местная знаменитость. Думаю, ее забавляет то, как все взволнованы. И да, я совсем иначе ее себе представляла.

– В нашем мире она почти так же известна, как в твоем – королева.

– Но намного лучше разбирается в моде и в целом вроде как покруче. Она просто делает то, что ей нравится.

– Так и есть. Кстати, я бы никогда не позволил себе свести личность женщины до ее одежды.

– Ну конечно.

Нефертари вроде как слегка придвигается ко мне, и теперь при ходьбе наши тела соприкасаются.

– У меня телефон не ловит. Так не пойдет. Я должна быть в любой момент доступна для Гарольда и Малакая. – Ее голос, в котором буквально мгновение назад слышалось веселье, теперь звучит встревоженно.

– Я об этом позабочусь. Не переживай. – Мне очень хочется поцеловать ее в висок, но вместо этого я лишь успокаивающе поглаживаю девчонку по спине большим пальцем. Сквозь тонкий лен блузки чувствуется ее теплая кожа.

Вздохнув с облегчением, она замедляет шаг. Однако мы уже достигли небольшой лестницы, ведущей к широкому возвышению, где стоит огромный письменный стол. Королева не сидит за ним, а, прислонившись к столу, слушает рассказ Исрафила. Данте периодически вставляет замечания. У Саиды с первым высшим ангелом натянутые отношения. Не то чтобы королева не терпела связи того с ее сыном, наоборот, она рада, что рядом с Данте есть тот, кого он любит. Но насколько толерантны джинны в своих гетеросексуальных отношениях, настолько же нетерпимы к однополым парам. Я, кстати, никогда не понимал причин. Королева пытается мягко изменить взгляды народа, не в последнюю очередь потому, что желает видеть Данте своим преемником. Однако он никогда не сможет править рука об руку с высшим ангелом, а Исрафил вряд ли смирится с тем фактом, что Данте заведет детей от одной или даже нескольких женщин-джиннов. Если однажды Саида отречется от престола, то королевой станет сестра Данте. Что, в свою очередь, невозможно у ангелов, где женщина не может стать высшим ангелом. Но зато мы, в отличие от джиннов, максимально моногамны, если любим. Будь по-другому, я мог бы…