– У тебя подбородок трясется, – заметил Фрид с грустной улыбкой. – И глаза блестят от слез. Неужели так переживала?

– Еще спрашиваешь! Чуть с ума не сошла, когда узнала, куда отправился мой непутевый муж. Давай выбираться, пока нас не разорвали в клочья. Дома поговорим.

Барьер начал слабеть, в бреши ломились призрачные твари. Дыхание смерти отравляло воздух, совсем как тогда, когда нас преследовали волки Хальфа.

– Я истратил почти весь резерв. Отродья тянут мою магию, как бездонные колодцы.

Лицо Фрида было непривычно бледным, на лбу застыли капли пота. Он дышал, с усилием проталкивая воздух в легкие.

– Я помогу. Во мне остался твой огонь.

Он коротко кивнул, а потом наклонился и накрыл мои губы теплым нежным поцелуем. Это был поцелуй-обещание, что все будет хорошо. Поцелуй-одолжение и поцелуй-признание. Рука поддержки, которую тянешь через безумие и черную пропасть.

Я чувствовала токи магии под кожей, как будто смешивались два источника, наполняя друг друга и создавая что-то новое и сильное, прежде никому неведомое. Жилы вибрировали и звенели, как струны музыкального инструмента. Казалось, меня сейчас разнесет на осколки.

– Попробуем прорваться, – отстранившись, произнес Фрид. Рука сжала мою руку.

Несколько мгновений я не мигая смотрела ему в лицо. А потом мы убрали купол.

Их стало больше! Словно подземное царство Эльдруны без остановки выплевывало своих детей в живой мир. Фрид жег их пламенем, а я рубила сияющими клинками обугленные ослабленные тени. Сотканные из северного огня звери и вихри рвали созданий на части. Эти мгновения тянулись бесконечно, сердце отсчитывало сбивчивый ритм, колотясь в горле и чуть не выскакивая из груди.

Я взмокла от пота, суставы и жилы рвались от напряжения, словно меня растягивали на дыбе руки палача. Я слепла от золотых вспышек, ледяного ветра и снежного крошева, боковым зрением следила за мужем, боясь упустить его из виду даже на миг. Этот страх лишал способности здраво и холодно мыслить. После гибели брата я снова боялась терять.

Силы утекали, магические жилы горели и вибрировали – я боролась на пределе сил. Подпитанная Фридом, моя магия стала сильнее, а северный огонь приобрел совершенно безумные алые переливы.

Короткий обмен взглядами – держись, муж. Держись. Немного осталось. Дети Эльдруны решили дать нам передышку либо струсили и помчали прочь – к своей мертвой матери. Туда им и дорога!

– Фарди!

Я молниеносно повернулась, вгоняя клинки в призрачную плоть. Если бы не окрик Фрида, тварь могла до меня добраться.

До истокцев оставались считанные шаги, как вдруг по защитному куполу поползли черные прорехи, а потом он осыпался лоскутами и с шипением истаял. Мужчины вскинули топоры, готовые к неравной борьбе, но Фрид в последнем усилии вскинул обе ладони со знаками Огнеликого – пламя вырвалось мощным потоком, сметая и расшвыривая теней.