Первым из портала появился Олеар — его Вестер вышвырнул прямо под ноги Даору, как сломанную куклу. Торс его был словно выгрызен громадным зверем, пытавшимся добраться до ребер и перестаравшимся, а в красноте живота, посреди серых кишок, белел край позвоночника. Будь Олеар простаком, он был бы мертв, но так в этом обрубке еще теплилась жизнь, которой захваченный ликованием Вестер не замечал.

Даор убедился, что девочку не видно, и что она не может двинуться с места и тем привлечь к себе внимание. Страх за нее — и ее страх — окатил его дезориентирующей волной, но он успел справиться с собой еще до того, как за Олеаром шагнул из портала Вестер, крепко прижимавший к себе дрожащую то ли от страха, то ли от возбуждения Юорию, не отпускавшую руки Апудо. И за ними выплыл демон — не столп света, а вполне материальное существо, одновременно и похожее, и не похожее на человека. Вид у демона был бесстрастно-скучающий, он устало посмотрел на закрытые шатры и снова поднял руку.

— Подожди, не убивай остальных, — вдруг остановил его Вестер, и Даор отметил для себя его колебание. — Обездвижь его.

Желтые глаза встретились с глазами Даора. Демон широко улыбнулся, показав ряд сверкающих белых зубов:

— Ты не говорил, что твой враг — младший. Это даже интересно.

Он мог знать деда Даора и мог бояться его — а мог не знать и не бояться. В его словах промелькнуло сомнение, но, не дожидаясь, Даор бросился вперед, не давая демону заметить ведущую к Алане связь. Девочка, ослепленная, потерянная, дрожала за его спиной. Никогда еще он не чувствовал в себе столько силы, как когда выдирал из мира кусок, в котором демон находился, и рвал саму ткань реальности, чтобы разрушить его овеществленную оболочку.

Даор вложил в это почти половину сил — и демон с отвратительным скрежетом развоплотился, не выдержав удара, вынужденно обернувшись светом, но в последний миг успев извернуться и пронзить сотней длинных спинелевых шипов место, где стоял борющийся с отдачей мира Даор. Спинель прошла через щиты, сквозь его руки и ноги и торс, обжигая нестерпимой болью, выдирая мясо, и Даор рухнул на землю, изгоняя металл из своего тела.

— Дядя! — взвизгнула Юория.

Кажется, она начала бить остолбеневшего от неожиданности Вестера, ей даже удалось вырваться, а потом бросилась к лежащему Даору. В глазах ее стояли слезы. Даор прижал племянницу к себе, сосредотачиваясь. Юория обхватила его за кровоточащий пояс и уткнулась в его грудь, что-то крича.

Вестер тоже ринулся за ней, но Даор сбил его с ног и снова ударил по демону, отвлекая внимание. Свет, который только что пытался сформироваться в устойчивую фигуру, взорвался брызгами, опалившими все вокруг так сильно, что снег превратился в воду и мигом испарился, а земля под ним обуглилась, превращая песок в стекло. Этот удар почти не задел привычного к демоническому пламени Даора, но снизу сжег шатры, и люди попадали на горящую землю, крича. Они пытались защититься от испепеляющего жара, но заговоры прорезались пламенем как спинелью. Если бы не щиты, поставленные Робертом, они были бы уже мертвы.